С какой же ненавистью водку пьют на солнце
Шахтеры, барды, воспитатели яслей!
И то, что, якобы, она выводит стронций,
Ее не делает прохладней и вкусней.
Напиток корчится и просится наружу,
А где-то в глотке изумленная душа...
И кислый привкус алюминиевых кружек
Живет во всем, своею стойкостью страша...
Итак, в зените смертоносное светило.
Те, кто решились, тихо просят: «Не смотри!».
Глоток, другой... и разрывающая сила
Бьет прямо в копчик, извините, изнутри,
Потом удар такой же силы прямо в темя,
Как старт ракеты типа «Стингер» во плоти.
И не дожившие означенное время
Тихонько молят: «Ох ты, Господи, прости!».
Дрожат ресницы, уши, руки и колени,
Мозги мягчают, словно пена для бритья,
...Но удивительно, что гадость ощущений
Уравновешивает гадость бытия.
И все равно, что происходит с селезенкой,
И все равно, кто в Белом доме, кто в Кремле.
И рельсы бьют по голове легко и звонко,
И не осталось крыс на нашем корабле.
И понедельник начинается в субботу,
И каждый день – с утра вперед на бой, на труд...
...На солнце водку пить – тяжелая работа,
Вот только, жаль, за это денег не дают!
2001
|