Комедия в стихах, 3 действиях, 7 картинах, с прологом

Содержание

Действующие лица

  • Надежда Коврова – аспирантка института истории, 25 лет.
  • Михаил Гаранин – парторг института, кандидат наук, 29 лет.
  • Яша – аспирант, 25 лет.
  • Крылов Иван Иваныч – депутат Верховного Совета, капитан дальнего плавания, 52 лет.
  • Петров – директор института, академик, 70 лет.
  • Суздальцев – заместитель директора, профессор, 45 лет.
  • Здобнов – доцент, 36 лет.
  • Незнакомка, потом Катя, лет 20-22.
  • Тетя Маша – гардеробщица.
  • Комендант общежития.
  • Рыбкин – служащий, преклонных лет.
  • Милиционер на Каменном мосту.
  • Молодящаяся дама.
  • Первый соловей.
  • Второй соловей.
  • Третий соловей.
  • Девушка на вечере.
  • Секретарша.
  • Гуляющие на Ленинских горах, сотрудники института, студенты.
Действие происходит в Москве, в наши дни.

ПРОЛОГ

На занавесе скрещиваются лучи света. В прорези занавеса Надя Коврова. Видна голова, руки. В руке – телефонная трубка.
Надя
(набирая номер)

В Москве весна! По садам зеленым
Ручьями, потоками льет вода.
Что такое у нас с телефоном?
(В трубку.)

Общежитие? Опять не туда?
Что? Здесь живет гражданин Рыбкин
И очень просит ему не мешать?
Рыбкин, я попала к вам по ошибке,
Но я вам два слова хочу сказать.
Нет, не бросайте трубку, не надо.
Не сердитесь из-за пустяка!
С вами говорит некая Надя.
Она очень счастлива. Все. Пока.
Свет гаснет.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Ленинские горы. Начало мая. Вид на Москву.
Надя
(напевает)

Если ты хоть день в Москве пробудешь,
А потом уедешь на года,
Никогда уже, товарищ, не забудешь,
Не разлюбишь этот город никогда.
Подходит Гаранин.

Миша!
Гаранин

Надя, я вам хочу сказать...
Надя

Я знаю.
Гаранин

Что знаете?
Надя

Все.
Гаранин

Едва ли...
Надя

У вас такие выразительные глаза,
Что они сразу мне все сказали.
Гаранин

Надя, поймите, что в долгие ночи...
Надя

Вы думали обо мне? Короче.
Гаранин

Надя, поймите, поймите, что очень...
Надя

Вы меня полюбили? Поверю. Короче.
Гаранин

Надя, поймите!
Надя

Ух, какой грозный!
Взгляните лучше, – на том берегу...
Гаранин

Надя, вы можете быть серьезной?
Надя

Серьезной? Как вам сказать? Могу!
Гаранин

Надя! Я не бросаюсь словами:
Вы – талант!
Надя

Гордость Москвы!
Гаранин

То, что другим не дается годами,
Шутя, мимоходом, берете вы.
Надя
(шутливо)

Весьма благодарна за это природе.
Гаранин

Следом за вами идет успех.
Вы написали о двенадцатом годе,
Работою поразили всех.
А Суздальцев наш постарел, поседел, –
Годами над этою темой сидел.
И вдруг явилась никому не известная,
Белокурая прибрела
И с улыбкой, с веселой песнею
Первую премию отобрала.
Вас расхвалили...
Надя

По-вашему, слишком?
Гаранин

«Новый талант!» – заявила печать.
Работу издали отдельной книжкой.
Надя

Стали в школах ее изучать!
Гаранин

И вы зазнались. Звезда института,
Первая работа, премия, ах!
Надя

Больше, Гаранин! Через минуту
Вторая, быть может, будет в руках,
Я продолжаю натиск и приступ.
Зазналась, но не бросаю дела!
Сбою работу о декабристах, –
Гаранин, завидуйте! – я сдала.
Вторая работа закончена, да.
Академик Петров даст о ней заключенье.
Секретарша отзыв доставит сюда.
Я упросила: нету терпенья!
Гаранин

Нам вы работу не показали.
Надя

Сперва академик ее прочтет,
Потом покажу.
Гаранин

Ну, конечно, едва ли
Ее обычный ученый поймет.
Есть друзья, но куда уж им!
У них на это ума не хватило.
Вы – светило и светом своим
Делитесь только с другим светилом.
Надя

Гаранин! Мне кажется, это слишком!
Гаранин

Для нас ваши знания слишком тонки.
Надя

Вам двадцать девять – вы не мальчишка.
Гаранин

Вам двадцать пять – вы уже не девчонка.
Надя

Ну, я запомню вам это, Гаранин:
Вам своей не сносить головы.
Гаранин

И только подумать, – я в сердце ранен
Таким чудовищем, как вы.
Надя

Ах, я чудовище? Ну так едва ли
По следам чудовища стоит ходить!
Гаранин

Я хочу, чтоб вы, Наденька, знали,
Что я любил вас и буду любить.
И если, Наденька, к вам под крышу
Горе или болезнь заползут,
Вы только крикните: «Где вы, Миша?»
И я вам отвечу: «Надя, я тут»
А сейчас я уйду. Это будет лучше.
Тут я согласен с вами вполне.
Всю Москву задернула туча,
Правда, заметная только мне.
Надя

Меланхолия?
Гаранин

Значит, надежды нету?
Навек?
Надя

Ну, кто поручится за век!
Гаранин

Вы меня просто сживете со свету!
Надя

Вы очень, Гаранин, смешной человек.
Я с вами, Гаранин, давно знакома.
Вы – парторг, кандидат наук.
Но когда я представлю вдвоем нас дома,
Очень смешно мне становится Едруг.
Гаранин

Глупый смех!
Надя

Смеюсь, как умею.
Вот резолюция вам моя.
Гаранин

Я раньше не верил, что женщины – змеи,
А теперь я вижу, что вы...
Надя

Змея?
Правильно. Кобра!
Гаранин

Вы, Надя, злая.
Надя

Десятки людей я свожу с ума.
Взгляните лучше – весна какая!
Гаранин

Кому весна, а кому зима.
(Уходит.)
Надя
(вслед)

Миша!
(Бежит за ним.)
Входят Яша и незнакомка.
Яша

Итак, два часа мы гуляем,
Я очарован вами навек,
А как друг друга зовут – не знаем.
Скажите, как вас зовут?
Незнакомка

Человек.
Яша

Опять вы прежнюю песню запели!
Дайте более точный ответ.
Ситро мы пили, пирожное ели...
Незнакомка

Вам денег жалко?
Яша

Ну, что вы? Нет!
Судьба! Опять я неправильно понят.
Взгляните – пары. Домой придут,
Эту прогулку они припомнят,
Имя любимое назовут.
А я? Домой прилечу, как птица,
Все припомню, как наяву.
Захочу в мечтах я к вам обратиться,
Какое имя я назову?
Лично меня называют Яшей.
Я аспирант. Я на вылазке здесь.
Я вас познакомлю с компанией нашей,
Историки – люди веселые. Есть?
Но как я могу вас с ней познакомить,
Как могу я назвать им вас?
Незнакомка

Честное слово, Яша, вы – комик!
Яша

Мое положенье трагично сейчас.
Незнакомка

Ну, хватит вас мучить!
Яша

Конечно, хватит.
На лице моем, видите, горя тень.
Незнакомка

Меня зовут очень просто – Катей.
И мне понравился этот день,
И наша встреча, и эти горы,
И смех, и пирожное, и разговор.
Но вы опять загрустили?
Яша

Горе,
Горе мой затуманило взор!
Два часа мы с вами гуляем,
Очарован я вами давно,
А что о вас я, Катюша, знаю, –
Имя, только имя одно.
Катя

Что ж вам, анкету заполнить надо?
Яша

Опять неправильно понят я.
Расстанемся мы, и исчезнет отрада,
Подернется тенью душа моя.
Катя

Я уже слышу ее стоны!
Яша

Видите, пары... Какая краса!
У всех есть любимые телефоны,
Драгоценные адреса.
Если тоска свою песню заводит
Или зовет одиночество в лес,
К ним на помощь тотчас приходит
Любимая московская АТС.
Быстро номер они набирают.
Шепчут нежное слово «люблю»,
Телефонную станцию благословляют.
А я? Кого я благословлю?
Катенька, ну посудите сами,
Неужель мы расстанемся? Навсегда?
Может быть, встретимся?
Катя

Под часами?
Яша

Под какими?
Катя

После условимся.
Яша

Да?
Катя

Иль на зеленой скамейке в сквере...
Яша

В сквере? Просто ушам не верю!
Но мне ведь имя одно известно.
Возьмите, Катенька, карандаш.
Слышите, приближается песня,
Скорей телефон напишите ваш.
Скорее! Слышите, шум и пенье...
Катя

Что ж, я рада помочь в беде!
(Взяла карандаш.)
В этот момент толпа гуляющих влетает на сцену, проносится, как вихрь, и улетает, унося с собой Катю.
Яша

Что это? Массовка или землетрясение?
Катя? Где вы? Катенька, где?
(Убегает вслед.)
Входит Надя, за ней три молодых человека с гитарами.
Они, видимо, гнались за Ковровой.
Надя

Отвяжитесь!
Первый соловей

Увы, невозможно!
Итак, перед вами три соловья.
Давайте нежно и осторожно
Прославим Надежду Коврову, друзья!
Знают ее повсюду на свете,
Академик Петров за нее горой.
Итак, начнем.
(Представляет.)

Соловей номер третий,
Соловей номер первый,
Соловей номер второй.
(Поет.)

Скажем невеждам:
Ковровой Надеждой
Наша столица горда.
Скажет лишь слово
Надя Коврова,
Слушают все города.
Все

Честное слово
Надя Коврова,
Мы потеряли покой.
Сжалься над нами.
Над соловьями,
Птичкам махни рукой!
Первый соловей

Мы в том порукой,
Не только наукой
Надя Коврова славна.
Словно снарядом,
Чарующим взглядом
Людей поражает она.
Все

Надя Коврова,
Честное слово,
Мы потеряли покой.
Сжалься над нами,
Над соловьями,
Птичкам махни рукой!
Первый соловей

От имени соловьиной бригады
С окончаньем работы поздравить хотим.
Надя

Не думаю, чтоб соловьи были рады
Новоявленным родственникам таким.
Вы бы лучше на травку сели,
Приняли б предложенье мое
И не очень громко бы спели
Что-нибудь хорошее, не свое.
Это было бы не так ново,
Но и не так плохо.
Первый соловей

Мерси.
Садятся поодаль за пригорком, поют. К Наде подходит доцент Здобнов.
Надя

Приятно видеть доцента Здобнова.
Здобнов

Спросить пришел я вас, Надя, спросить...
Надя

О чем?
Здобнов

О важном и сложном деле:
Открыть вам мысли и чувства свои.
Что здесь за юноши только что пели?
Надя

Так... Начинающие соловьи.
Здобнов

Они далеко?
Надя

Вон, за пригорком.
Здобнов

Нас не слышат?
Надя

Думаю, нет.
Здобнов

Я одинок. Одиночество горько.
Я вам скажу, а вы свой отзет,
Приговор сейчас мне не говорите...
Надя

Вы выражаетесь как-то темно.
Здобнов

Я могу разъяснить.
Надя

Разъясните.
Здобнов

Я люблю вас.
Надя смеется.

Смешно?
Надя

Смешно.
Такое совпадение!
Здобнов

Какого рода?
Надя

Объяснениям не вижу конца.
Видно, такая нынче погода:
Пагубно действует на сердца,
Оживляет какие-то скрытые центры,
Вызывает особые токи в крови,
В результате чего кандидаты, доценты
И соловьи говорят о любви.
Здобнов

Не смейтесь! Вы – женщина нашего века.
Надя

Масштаб, товарищ Здобнов, не мал.
Здобнов

Вы для меня идеал человека.
Надя

Это я – идеал?
Здобнов

Идеал.
Ваша работа, ваши исканья
Дороги и созвучны мне.
Я так бы выразился: я с вами
Лечу, так сказать, на одной волне.
Все в вас молодо и задорно.
Все интересно, хотя и спорно.
Вы – умница, вы – большая сила.
Мы вас должны охранять, беречь!
И внешне и внутренне вы красивы.
Надя

Вы заранее выучили эту речь?
Здобнов

Разберитесь внимательней в этом факте,
Не ударяйте, не видя куда.
Надя

У идеала плохой характер, –
Люблю подразнить.
Здобнов

Подразнить не беда...
Идут... Храните все это в тайне.
Надя

Что ж вы бежите со всех ног?
Куда?
Здобнов

В одиночество... В парк... В мечтанья...
Раз я не с вами, значит я одинок.
(Уходит.)
Входят Гаранин и Яша.
Гаранин

Говорят, вы, Надя, меня искали?
Надя

Нет, и не думала никогда.
Гаранин

Значит, соврали?
Надя

Значит, соврали.
Яша

Товарищи, у меня беда!
Познакомился с девушкой. Звать Катюша.
Другой подобной на свете нет.
Влюбился... Признался... Открыл душу...
Спросил телефон, и в этот момент
Толпа налетела морем, лавиной,
Незнакомку мою унесла с собой.
Я за нею, – лоток опрокинул,
В чью-то спину влетел головой,
Был дважды ударен, трижды обруган,
Попал в костер, сквозь болото прошел,
Но незнакомку, но Катю, но друга,
Девушку милую – не нашел!
Вы теперь веселитесь, сверкайте,
Пойте! Я в горе, в тоске, один...
Имя одно мне осталось: Катя!
Сколько в Москве живет Катерин?
Десять тысяч? Двадцать? Иль тридцать?
С какой из них познакомился я?
Скажите, куда же мне обратиться?
Докажите, что вы – друзья!
Гаранин

Может, дать объявленье в «Вечёрке»?
Надя

Может, время развеет грусть?
Яша

Эх! Я сяду здесь на пригорке,
С горя в дерево обращусь.
(Сел поодаль.)
Надя

Страсть такая встречается редко.
Гаранин

Надя, так вы не искали меня?
Входит Суздальцев.
Надя

Нет! Идет заместитель директора...
Суздальцев

За опозданье себя кляня.
(Наде.)

Секретарша поехала к Петрову.
Через двадцать минут отзыв будет тут.
Как я рад, что работа готова, –
От вас победы по праву ждут.
(Огляделся.)

Находитесь, вижу, в кругу узком.
Яша, выпьем стакан вина!
Грузовик в беседку привез закуску.
Яша

Пища духовная мне нужна.
Надя

Я волнуюсь. А здесь чудесно!
Давайте тут посидим вчетвером.
Соловьи за пригорком начали новую песню. Поют.
Гаранин

Моя любимая песня.
Давайте послушаем.
Надя

И споем.
Надя и Гаранин
(поют)

Разлилась Москва-река широко
Почему ж в душе не тает лед?
По мостам московским одиноко
Я гуляю ночи напролет.

Москва моя, красавица.
Поговори со мной!
Пусть в грудь мою врывается
Твой голос молодой.

Утешь речами нежными,
Скажи любви слова,
Великая, безбрежная
Красавица Москва!
Во время пения входит капитан Крылов, ос­та­на­вли­ва­ет­ся, слушает.
Гаранин

Не могу на Москву наглядеться!
Суздальцев

И я не могу.
Надя

И я.
Тут я бывала с девчонками в детстве,
Сюда приходила с фабрики я.
А Москва, Москва вдалеке шумела.
От мечтаний кружилась моя голова.
Я взрослела, она молодела,
Москва.
Гаранин

Москва...
Суздальцев

Москва...
Надя

Когда ты окончилось, детство мое?
Куда ты уплыло весенней лодкой?
Вот жизнь! И каждый входит в нее
Своей повадкой, своей походкой.
Гаранин

Часто в жизни приходится туго.
Твердо держись, не сбивайся с пути!
Я бы хотел ее вместе с другом,
Крепко за руки взявшись, пройти.
Чтоб он мое верное слово слышал,
Чтоб дружба была, как маяк в ночи.
Чтоб он иногда говорил мне: «Миша»,
А я ему...
Яша

«Надя!»
Гаранин

Яшка, молчи!
Надя

Конечно, чудесно побыть с друзьями!
Но я люблю побродить и одна.
Мне нравятся люди, которые сами
За себя отвечают сполна.
Жизнь – это горы. В них – путник. Один,
Пробивающийся к вершинам.
Он идет между скал, среди гроз, среди льдин,
Мир перед ним все светлее, шире.
Его не раздавишь, как божью коровку.
Гаранин
(шутливо)

Вот чему вы ноете гимн!
Надя

И я целиком отвергаю веревку,
Которая связывает его с другим.
Что ж! Если собственных сил не хватит,
Падай! Яша, мненье твое?
Яша

Если бы веревка связывала меня с Катей,
Я б лично был целиком за нее.
Надя

Я за гордых людей стою,
За тех, что идут, не зная испуга,
И полагаются не на силу друга,
А на свою.
Суздальцев

Ковровой все кажется просто и ясно,
Ей чужды слова «унывать», «грустить».
Простим ее. Ведь она прекрасна,
А прекрасное как не простить!
Но в жизни нельзя этак сразу взлететь.
Человек – это, знаете, Надя, не птица...
Надя

Можно и тридцать лет просидеть
И все-таки ничего не добиться.
Яша

Надежда!
Надя

Один улетает в полет,
Другому не хватит сил для разбега.
В небе гордо летит самолет,
А внизу по земле громыхает телега.
Суздальцев

Но есть самолеты и есть метеоры.
Сверкают в течение двух минут.
Яша

Боюсь, что воздушные разговоры
Нас к аварии приведут,
А я не взял с собой парашюта.
Суздальцев

Весна-то какая! Чудесный денек!
Надя

Нет, товарищи, кроме шуток,
Талант – он должен быть одинок.
Ну, кто делил его между всеми?
Кто счастье, кто славу в толпе добывал?
Крылов

Вы бывали в Центральном полярном бассейне?
Все обернулись к нему.
Надя

Нет, не бывала...
Крылов

А я бывал.
Надя

За намек благодарю.
Но он, к сожаленью, не пригодится:
Я не касаюсь льдов, экспедиций,
О таланте я говорю.
О том, что сверкает, как в небе звезда,
И не подвластен начальника слову.
Крылов

И таланту, гражданочка, иногда
Приходится дрейфовать, как «Седову».
И он нуждается в ледоколе,
Который бы вывел его изо льда.
Надя

Товарищи, граждане, что же такое?
Откуда вы появились? Когда?
Яша

Может быть, с неба?
Крылов

Ну, это едва ли...
Мне недоступен полет такой.
Прибыл я на речном трамвае,
Влип в дискуссию над рекой.
Извините. С дороги сбился.
Занесло на прогулку меня, чудака.
Мечтал, вспоминал и вдруг заблудился
В окрестностях данного городка.
Не туда, видно, шаг направил,
Без толку долгое время брожу.
Так вы, в изъятие из ваших правил,
Поддержите меня.
Надя

Поддержу.
Яша, приказ – до речного трамвая
Проводить философствующего моряка.
Крылов

Ух ты! Она у вас боевая.
Суздальцев

Берегитесь ее языка!
Яша

Поплывем. Все равно я в печали.
Тут засидишься – помрешь невзначай.
Вы тут девушку не встречали?
Крылов

Встречал, конечно, как не встречать!
Они тут щебечут но всем дорогам,
Вся округа ими полна.
Замечал я хорошеньких очень много,
Но меня не заметила ни одна.
Не проявляют ко мне интереса,
Видно, в спутники не гожусь.
Я, наверно, им частью леса,
Этаким дубом столетним кажусь.
Яша

Не такой уж вы древний! Бывают и старше.
Крылов

Простите меня, что ворвался. Пока.
Уходят.
Яша
(кричит издали)

Надя, внизу ползет секретарша,
Тащит отзыв от старика.
Надя

Миша! Навстречу! Неутомимо!
Убегают.
Суздальцев
(один)

Я на печальный настроен лад.
Перед ней – все сокровища мира.
Хватайте, пользуйтесь, вы – талант!
А мой баланс, мой итог – он беден.
Ведь эта тема моей была,
Годами я подползал к победе,
А она подошла и победу взяла.
И вчера в коридоре какой-то щенок
Сказал, что ученый я очень средний.
Вокруг все ею восхищено,
Я стал у себя в институте последним.
Телегой она окрестила меня.
Сколько вокруг нее шуму, огня!
А я никому уж неинтересен,
Мне соловьи не поют песен,
Ну, и не надо. Я не в обиде.
Не раз наблюдал я подобный дым.
Резвитесь, а мы поживем и увидим.
Развлекайтесь, а мы победим!
Входят Надя и Гаранин. У Нади в руках отзыв академика.
Суздальцев

Шлю привет! Встречаю победу!
Вы что побледнели? Устали?
Надя

Нет.
Сперва прочтите бумажку Э1у,
А уж потом посылайте привет.
(Передает Суздальцеву отзыв.)
Суздальцев
(читает)

«Удивлен и огорчен очень. Талантливая женщина написала плохую работу. Даже общеизвестные материалы использованы далеко не полностью... Подход к теме поверхностный... Много фактических ошибок. Повторяю с грустью: очень плохо. Петров».

Гаранин

Петров мне вашу работу дал
Вчера. И гнев его не напрасен.
Надя

Вы читали ее?
Гаранин

Читал.
Суздальцев

Вы с ним согласны?
Гаранин

Я с ним согласен.
Суздальцев

Какое несчастье!
Надя

Молчите!
Гаранин хочет что-то сказать ей.

Вы тоже.
Мне бы хотелось побыть одной.
Гаранин

До чего же я, Наденька, дожил!
Я – друг.
Надя

И у дружбы есть выходной.
Гаранин и Суздальцев уходят. Надя села, закрыла лицо руками. Вбегают три соловья, на цыпочках подходят к Наде, поют.
Все

Скажем невеждам:
Ковровой Надеждой
Наша столица горда.
Скажет лишь слово
Надя Коврова,
Слушают все города.

Надя Коврова,
Честное слово,
Мы потеряли покой.
Сжалься над нами,
Над соловьями,
Птичкам махни рукой!
Надя вскочила, убежала.
Первый соловей

Тш, хлопцы, Коврова плачет.
Второй соловей

Плачет? Она же смеялась сейчас.
Третий соловей

Что это значит?
Второй соловей

Что это значит?
Это значит, что ей не до нас.
Уходят, напевая.
Вбегает Яша.
Яша

Все разбежались. Сижу один.
Все потерял я, счастья искатель.
Имя только осталось – Катя!
Сколько в этой Москве Катерин?
Темнеет. В Москве зажигаются огни. Звучит песня.

Если ты хоть день в Москве пробудешь,
А потом уедешь на года,
Никогда Москву ты не забудешь,
Разлюбить не сможешь никогда.
Занавес

ИНТЕРМЕДИЯ ПЕРВАЯ

Часы на площади. Под часами – Яша.
Яша

Я потерял и покой и сон.
Хожу, повторяю Катино имя.
В Москве, наверное, сотни часов.
Под какими ждет она? Под какими?
(Убегает.)
Входят соловьи и поют песню о московских часах.
Все

Лучше этой истории нету.
Старый мастер, разгладив усы,
Здесь воздвиг, по приказу Совета,
Добродушного вида часы.

Они время бесстрастно считали,
Отмеряли минуты и дни.
Но нежданно-негаданно стали
Местом встреч необычных они.

Пять пятнадцать –
Товарищ ждет.
Пять семнадцать –
Она идет.
Сколько счастья!
Сомнений нет!
Мой милый, здрасьте!
Мой друг, привет!

Сколько встреч, тревог, разлук, страданий!
Тут бывали все: и вы и вы...
Кто из нас не назначал свиданий
Под часами города Москвы?

Слез незримых здесь много пролито,
Здесь унынье сменяло восторг.
Сколько было сердец здесь разбито
Вот об этот бесчувственный столб!

Здесь такие цветы увядали,
Разлетались мечтания в дым.
И часы сокрушенно вздыхали
Часовым механизмом своим.

Пять пятнадцать –
Товарищ ждет.
Шесть пятнадцать –
Товарищ ждет.
Семь пятнадцать –
Товарищ ждет.
И в восемь тридцать –
Домой идет.

Сколько встреч, тревог, разлук, страданий!
Тут бывали все: и вы и вы...
Кто из нас не назначал свиданий
Под часами города Москвы?
Свет гаснет.

КАРТИНА ВТОРАЯ

Институт. Большие двери. За дверью гул собрания. Внезапно дверь резко открывается, выбегает Надя. За ней – Гаранин, Яша, группа участников собрания.
Надя

Нет, извините, с меня довольно!
Гаранин

Надя!
Яша

Наденька, что с тобой?
Надя

Я привыкла к дискуссиям, к войнам,
Но это же не разбор, а разбой!
А разбой, увы, не в моем вкусе.
Я лучше уйду. Меня ждут дела.
Гаранин

Надя, боюсь, что слово «дискуссия»
Вы понимаете, как «похвала».
Надя

Я ухожу.
Яша
(преграждая дорогу)

Останься!
Надя

Не стоит.
Зачем оставаться?
(Идет к двери.)
Гаранин

Надя!
Яша

Постой!
Надя

И кто критикует? Философ? Историк?
Ничего подобного! Петя Кустов.
(Пародирует оратора.)

«Должен сознаться в общем и целом.
Надо быть точным, надо быть смелым.
Конечно, признаться, необходимо...»
Не речь, а пятнадцать минут дыма.
Мысли нету на полкопейки.
Яша

Конечно, я понимаю, – Петька,
Он не Белинский, но ты пойми...
Надя

Не могу я работать с такими людьми!
Первый сотрудник

Ну и характер, честное слово!
Второй сотрудник

Да, такого не сыщешь второго.
Третий сотрудник

Это ж не забава, это ж дела!
Четвертая сотрудница

От кого хотите, но от Ковровой,
Простите, я этого не ждала.
Уходят. На сцене Гаранин, Надя, Яша.
Надя
(вслед ушедшим)

Журавлева решила слезу пролить.
(Передразнивает.)

«Ах, я переживаю ужасные муки!»
Самое страшное, что может быть, –
Это старая дева в науке.
(Передразнивает.)

«С болью в сердце я вижу тоже...»
Яша

Честное слово, Надя, похоже!
Надя

Ужасно видеть ехидство в слезах!
Яша

Журавлева – она не Бальзак.
Гаранин

Неужели вас эти люди съедят?
Зачем вы дружбу па части рвете?
Ведь там же товарищи ваши сидят,
Они говорят о вашей работе.
Надя

Травля!
Гаранин

Надя, при чем тут травля?
Они ведь правы.
Надя

Они? Чепуха!
Я большие задачи ставлю.
Гаранин

А может, просто работа плоха?
Может, работа?
Выходит академик Петров, слушает.
Надя

При чем тут работа!
Есть ведь и у меня глаза.
Просто мне завидует кто-то.
Кто-то что-то Петрову сказал,
Старик и брякнул.
(Показывает на дверь.)

Огонь атак!
Суд... Столы, покрытые сукнами...
Петров

Я, значит, брякнул, товарищи стукнули,
А вы, значит, грохнули дверью? Так...
Все получается очень звучно.
Как вы сказали? Брякнул? Отлично!
Термин хотя не вполне научный,
Но безусловно весьма энергичный.
Надя

Не смейтесь!
Петров

А вы умерьте азарт!
Не всегда безоблачен путь и розов.
А вы знаете, как сорок лет назад
Брякнул меня академик Березов?
Все в мире померкло – и краски и звуки.
Мне казалось, лежу в грязи.
Березов! Это был бог науки,
И вот этот бог меня разразил.
Надя

О Березове воспоминанья остались.
Он был чуток. Сама я читала о том.
Петров

В нем замечательно сочеталась
Чуткость со строгостью.
Надя

Но не с кнутом.
Яша

Надя!
(Петрову.)

Простите ее!
Петров

Что за счеты!
Вы почти правы, Коврова, и тут.
Каждое слово плохой работы
Бьет по автору, словно кнут.

Вот я читал, что нарком Тимошенко
Учит армию не за столом,
А на ветру, на земле, под огнем.
Вы не боец, но вы хорошенько
Подумайте на досуге о нем.

Чудная штука – оранжерея:
Тепло проникает во все концы,
Но в них растут, созревают, жиреют
Не люди науки, а огурцы.
Надя

Александр Александрович, не.пора ли
Прекратить это чтенье морали?
Оно становится слишком длинным,
Повторения я вижу в нем.
Но, к счастью, свет не сошелся клином
На институте вашем одном.
Я очень прошу вас: не протестуйте,
Не усложняйте мою беду,
А я как-нибудь в другом институте
К себе интерес и любовь найду.
Прощайте!
(Уходит.)
Яша

Что ж это? Миша! Надя!
Петров

Ну, темперамент! Подобна огню.
Яша

Александр Александрович, надо догнать ее!
Петров

Боюсь, что я ее не догоню.
Яша

Прощайте!
(Бежит следом за Надей.)
Петров

Ярость! Огонь в глазах!
Трах-та-ра-рах! Не вернусь обратно.
Неужели и я сорок лет назад
Был таким же? Невероятно!
Гаранин

Для нее ничего не значат друзья.
Она не нуждается в нашей заботе.
Петров

Этого так оставить нельзя.
Дело теперь уже не в работе:
Надо разбить настроения эти,
Заставить прислушаться к нашим словам.
Гаранин

Может быть, выступить в нашей газете?
Петров

Правильно. Выступить нужно вам.
Именно вам!
(Пошел к выходу, вернулся.)

Позабыл. Простите,
Поймите правильно мысль мою.
В общем, ежели вы не хотите,
Вы не пишите эту статью.
Я кое-что замечал и даже
Мечтал поздравить.
Гаранин

Повода нет.
Петров

В общем, как вам сердце подскажет,
Так вы и поступайте. Привет!
(Уходит.)
Гаранин
(один)

«Как вам сердце подскажет...» Я,
Я должен писать о ней отзыв суровый?
Мой гнев, мое сердце, моя статья
Должны ударить по Наде Ковровой?
По той, которая мне дорога,
Над которой несчастья, вьюга...
Я в жизни не раз нападал на врага,
Но как смогу я ударить друга?
Занавес

КАРТИНА ТРЕТЬЯ

Общежитие института. Комната Нади. Большое окно. Справа часть коридора. Общий телефон. Перед вечером. В коридоре долго звонит телефон. Подходит комендант, берет трубку.
Комендант

Ну, что орете? Зачем, трещите?
Подхожу и даю ответ.
Говорит комендант общежития.'.'.
Никакого тут Рыбкина нет.
Не наш, а ваш телефон очумел,
Не можем распутаться две недели, .
Нам этот Рыбкин ваш надоел.
Что? И мы ему надоели?
Что такое? Погромче скажите!
Это у вас сумасшедший дом.
Здесь не квартира, здесь общежитье,
И я комендант в общежитии том.
Бросает трубку, гасит свет, стучит в дверь Нади. Надя выходит.

Товарищ Коврова, привет!
Надя

Привет!
Комендант

Заявляю с душевным стоном,
Что вижу вечно горящий свет
Возле этого телефона.
Надя

А я при чем?
Комендант

Вы – ближайший житель.
Вам чаще приходится подходить.
Так что хотите ли, не хотите ль,
Но свет обязаны вы тушить.
Борьбу с пережогами мы открыли,
А так как ваша ближайшая дверь...
Надя

Что же вы раньше не говорили?
Комендант

То было раньше, а то теперь.
Все постепенно берет на заметку
Комендантский хозяйский глаз.
Кстати, читали сегодня газетку?
Там, между прочим, пишут про вас.
Надя

И что же?
Комендант

Довольно ужасно ругают.
Снисхождения не дают,
Работу по косточкам раскладают
И по каждой по косточке. бьют.
Надя

А кто писал?
Комендант

Подписей не читаю.
Но в общем спец. Проявил прыть.
Так что, гражданочка, предлагаю
Неустанно за лампой следить.
Надя уходит в комнату. Входит Яша, в руках у него свернутая в трубку бумага.

Что это, Яша, у вас в руках?
Яша

Последняя надежда.
Комендант

Ответ не ясен.
Яша

Коврову – видел?
Комендант

Видел.
Яша

Ну как?
Комендант

Систематически свет не гасит.
Яша

Это первое, что ты заметил?
Комендант

Первое.
Яша

Нервничает? Плачет?
Комендант

Плачь не плачь,
А если б я интересовался нервами,
Я был бы не комендант, а врач.
Яша

Ты, брат, стена! Тебе все нипочем.
Ты, брат, орел!
Комендант

Ну, что я за птица!
Яша

Если б я был больным, а ты был врачом,
Я бы умер, а не пошел лечиться.
Комендант уходит.
(Подошел к двери Нади, остановился.)

Эх, Надя, путник, идущий к вершинам,
Презирающий жалобные слова!
Заперлась в своей комнате и решила,
Что мир не прав, а она права.
Моему она не поверит слову.
Мишка?! Эх, Мишка!.. Ну как тут быть?
Я написал депутату Крылову,
Просил его с Надей поговорить.
Ведь как-то мы ей помочь должны,
Ведь все это сердце мое тревожит.
Быть может, вмешательство со стороны
Такое вот резкое – ей поможет?
Своим приходом, своим советом
На нее повлияет он.
Сейчас я Наде скажу об этом...
И тут же она меня выгонит вон.
(Постучался, вошел.)
В комнате Нади.
Надя

Яша! Как жизнь?
Яша

Жизнь оставим. Прежде...
Надя

Что у тебя? Чертежи?
Яша

Нет.
Я, Надя, своею последней надеждой
Называю этот предмет.
Надя

Не понимаю.
Яша

Я тоже, Надя.
Вчера я в тоске пробродил дотемна.
Шел, на портреты ударников глядя,
И вдруг заметил: она!
Надя

Она?
Яша

На портрете она, не живая.
Понимаешь ли, по маршруту колонн
В честь прошедшего Первого мая
Портреты ударников ставил район.
Портреты не малы, – метр на полметра.
Вижу – она! Едва не упал.
Портрет свалило порывом ветра,
И кто-то подпись под ним сорвал.
Лицо ее, а фамилии нету.
Искал – не нашел. От волненья дрожу.
И вот с анонимным этим портретом
Целый день по Москве хожу.
Так я этим всем озабочен,
Подвергаюсь насмешкам наших ребят.
(Развернул портрет.)

Она тебе нравится? Очень?
Надя
(нерешительно)

Очень.
Рог немножечко великоват.
Яша

Не клевещи, Надежда! Напротив,
Рот ее маленький. Ты не права.
Но в таком масштабе и маленький ротик
Напоминает пасть льва.
Брови ее, словно крылышки птичьи.
А этот Репин, эка, хватил!
Зачем он так ее увеличил,
Глаза в прожекторы превратил?
Надя

Он ее не хотел обидеть.
Яша

Нет, я долго не протяну!
Надя, я должен ее увидеть
В натуральную величину.
Надя

Выбрось портрет, если он не похож.
Яша

И ты не проявишь ко мне участья!
Пойми, что это любви чертеж,
Схема прекрасного, контур счастья.
В любом масштабе она мне мила
И по гроб. Заявляю смело.
Но меня к тебе привели дела...
Надя

Я тебя, Яша, спросить хотела.
Хоть ты и забыл про все на свете,
Хотя ты в сети любви попал,
Но, может, знаешь, в одной газете...
Яша

Тебя обругали? Еще не читал.
Надя

А кто написал?
Яша
(заторопился)

Не читал, не знаю
Я ведь так зашел, по пути.
Ну что же, Наденька, продолжаю
Эту прекрасную ношу нести.
Шансов на счастье осталось мало
При моей робости и простоте.
Пока!
(Махнув рукой, уходит.)
Надя

Как он смутился, когда я сказала,
Когда я спросила об этой статье!
Теперь в институте шушукают всласть.
Читали? Слыхали? Скажите на милость!
Наша Коврова-то вознеслась,
Загордилась и – провалилась!
Ну и ладно! Я не заплачу,
Слезинки единой не пророню.
Я, быть может, свою неудачу
Выше всех ваших побед ценю.
Погоды я не страшусь морозной.
Вот только Мишка меня подвел.
Теперь уже не придет – поздно,
Хоть на минуточку бы зашел.
Как бы я его отхлестала,
Какими бы кличками назвала!
Как тепло в этой комнате б стало,
Как бы душу я отвела!
Стук в дверь.

Миша?
Входит Здобнов.
Здобнов

Можно? А мы грустим?
А мы сегодня очень красивы!
Люблю цветы и прошу простить.
Красные, синие...
(Подает цветы.)
Надя

Спасибо.
Что в институте?
Здобнов

Увы. все то же!
Опять заседают. Полдня уже!
Но ведь не каждый же, Надя, может
Разобраться в вашей душе,
В ваших сомненьях, в ваших страданьях...
Им радостно видеть, что вы в пыли.
Надя

Я тогда ушла с заседанья.
Здобнов

Напрасно, Надюша, напрасно ушли.
Надя

Что вы думаете о моей работе?
Прямо, честно!
Здобнов

Ведь мы друзья?
Интересно. Спорно. И вы поймете:
Тут зря шуметь и кричать нельзя.
А у нас, вы знаете – или – или.
Можно с уверенностью сказать:
Если вас очень сильно хвалили,
Значит будут сильно ругать.
Стертые фразы, словесные чащи,
И так ваше имя крутят и так.
Успокойтесь, Надя, не в этом счастье.
Надя

А в чем же?
Здобнов

Может быть, в этих цветах.
Вам надо было пойти в институт,
Поскучать среди этого ливня,
Дождаться конца обсужденья и тут
Признать ошибки. Кратко, солидно...
К себе отнестись с уваженьем, но строго.
В общем кинуть критикам кость.
Вот что, Надюша, я все устрою:
Я в доме Петровых – желанный гость.
Я подготовлю почву. Понятно?
И снова голос его прозвучит.
Надя

Но он не возьмет же, свой отзыв обратно?
Здобнов

Он его мимоходом смягчит.
Старик поймет, что у вас беда.
Мы проявим в этом старанье.
Ведь в сущности между «нет» и «да»
Очень короткое расстоянье.
К вам старик придираться не станет,
Скажет несколько теплых фраз,
В какой-нибудь речи вас упомянет,
И все поймут, что Петров – за вас.
Это главное. Прочее – ерунда!
Так пусть это будет моя забота.
Надя

Я думала, главное – это работа.
Здобнов

Работа? Как вам сказать? Не всегда.
Можно усердно трудиться, без лени,
И все же нелегкою будет стезя.
Главное – это создать впечатленье,
Что вас почему-то ругать нельзя.
Что кто-то вступится в грозный час,
Что кто-то там, наверху, за вас!
Надя

Да как же можно ученым стать,
С такой точки зренья на вещи глядя?
Почему вы осмелились мне сказать...
Здобнов

Потому что я очень люблю вас, Надя!
Потому что вы не умеете жить
И не привыкли к пинкам и каменьям,
А я хочу вас вооружить
Вот этим самым нелегким уменьем.
Успех – это сложный и тонкий ход,
Это не азбука в детской тетради.
Да... Увы! Я не Дон Кихот,
Но я верный товарищ, Надя.
Ах, я не был похож на поэта,
Не умел в мечтаньях парить!
Пусть уж другие пишут в газетах.
Надя

В газетах?
Здобнов

Я не хотел говорить.
Надя

Говорите!
Здобнов

Да, Надя, страшен
Друг, изменяющий в грозный час.
Сегодня утром в газете нашей
Прочел я большую статью о вас.
Тон ее показался мне странен.
Содержание душу ранило мне.
Это ваш друг Михаил Гаранин
Вас. разгромил целиком и вполне.
Я понимаю, что спор полезен,
Но он не спорит. Он – о другом:
Он просто-напросто в душу лезет,
Может быть и дружеским, но сапогом.
При этом работа осталась вдали,
Он вам, так сказать, учинил анализ:
«Да как вы смели, да как вы могли,
Да как вы заелись, да как вы зазнались!»
Говорит, что вы не способны к работе,
Что у вас о себе лишь душа болит.
Что вы наукою не живете...
Надя

Это Гаранин так обо мне говорит?
Здобнов

Он этой точки зрения автор.
Надя

Что ж, тем лучше и тем ясней.
Здобнов

Я вас огорчил?
Надя

Вы сказали правду?
Здобнов

Правду.
Надя

Значит, мне легче с ней.
Здобнов

Я ваши упреки предвидел заране.
Поэтому только решился я.
Вот, кстати, газета.
(Отдал газету.)
Надя
(читает)

Гаранин!
Здобнов

Гаранин.
Надя

Мишка!
Здобнов

Мишка.
Надя

Статья!
Здобнов

Статья.
А я вас туманом фраз не обвил,
Не клялся я через каждое слово,
Я просто во имя своей любви
Готов постучаться в двери Петрова.
Ну что ж, обрушьте свой гнев ужасный,
Ну что ж, гоните Здобнова прочь
За то, что решил он, чудак несчастный
Своей любимой в беде помочь.
(Хочет уйти.)
Надя

Не уходите. Простите, милый!
Здобнов

Нету прекраснее ваших рук.
Надя

Я сама не знаю, что говорила.
Вы. товарищ мне?
Здобнов

Я ваш друг.
Стук в дверь.

Кто-то идет!
Входит Гаранин.

А, Гаранин, привет!
Пауза.

Вот, кстати, книга. Второе изданье.
(Подает Наде книгу.)

Надя, пойдете на вечер?
Надя

Нет.
Здобнов

Очень, очень жаль. До свиданья.
Там песня, шум, веселье, встречи.
Там бал, но мне несносен он.
О, как расцвел бы этот вечер,
Ее улыбкой озарен!
(Уходит.)
Пауза.
Гаранин

Вот каким я молчаньем встречен.
Надя

Прежде чем вас попросить уйти,
Я очень хочу из одной вашей речи
Цитату короткую привести.
Недавно мы с вами чудесно гуляли,
Внизу за рекою шумела Москва.
Вы были ласковы и сказали
Мне замечательные слова,
Что если ко мне вот сюда, под крышу,
Горе или болезнь заползут.
Стоит мне только крикнуть «Миша!» –
И вы ответите: «Надя, я тут».
И я подобным словам внимала,
Я думала, следом идут дела.
Так цитату я прочитала?
Мысли ваши не переврала?
Гаранин

Так. И что же?
Надя

И что же я слышу?
Что я слышу со всех сторон?
Кто меня первый ударил? – Миша!
Кто статейку состряпал? – Он.
Я читаю укоры эти,
Советы эти – и еле терплю!
Ну, что вы можете мне ответить?
Гаранин

Только одно; я вас люблю!
Надя

Я не требую криков «браво».
Критикуйте работу. Не жаль!
Но что ж, – любовь дала вам право
Мне публично читать мораль?
Ах, вы, – конечно, наставник, учитель,
А я ведь легкий успех ловлю!
Ну почему же теперь вы молчите?
Гаранин

Потому что я вас люблю.
Надя

Вот как! Занятно!
Гаранин

Надя Коврова,
Я вас люблю и любовью горжусь.
Но ни от мысли своей, ни от слова,
Ни от строчки не откажусь!
Надя

А я не прошу вас об этом, Миша.
И ваша помощь мне не нужна.
До свиданья. Своим умишком
Как-нибудь проживу. Одна.
Гаранин

Вы правы. Прощайте. Я зря тут стою.
Какая польза в таком разговоре!
Но вы вчитайтесь в статью мою,
Ведь в ней же горе мое, горе!
Я вместе с вами, Надюша, скорбел,
Думал о вас я и днем и ночью.
Нет, я не легким пером скрипел,
Я глыбами, глыбами слов ворочал.
Надя, поймите! Вы сбились с пути.
Вы стали жить на прошлое, даром.
Вы были над пропастью, и спасти
Я мог вас не утешеньем, – ударом!
Я на статью решился не вдруг.
Надя, работа ваша плохая.
Так пусть ее лучше ругает друг,
Чем кто-нибудь со стороны охает.
Я знал, что вам сердце она обожжет,
Что может на время стать между нами,
Что кто-нибудь тут же меня оболжет,
Скажет другое моими словами,
Что мелкие шавки крикнут: «Лови!»
Мне низость этой породы известна.
Я знал, но во имя своей любви
Я хотел оставаться честным.
А я бы мог проявить сноровку,
Замять, попросить, побежать к друзьям.
Можно спастись от удара уловкой,
Но победить уловкой нельзя!
Ну ладно. Мне трудно и больно было.
Это как жар, как тяжелый сон.
Надя

Нет, почему, это очень мило...
Гаранин

Мило? Это все, что вы скажете?
Надя

Все.
Гаранин

Вот это уж верно – удар грома,
Он всю жизнь разрушает мою,
Но я вас люблю и у этого дома,
У этих окон, как прежде, стою.
Не знаю, что меня ожидает,
Может, в доме том пустота,
Может, в комнате той проживает
По имени та, а по сердцу не та.
Ладно, Надя, прощайте.
(Уходит.)
Надя

Всего!
Был у меня Мишка – и нету его!
В коридоре. Суздальцев и комендант.
Суздальцев

Привет коменданту.
Комендант

Начальству привет
Суздальцев

Никаких происшествий нету?
Комендант

Коврова упорно не гасит свет.
Суздальцев

Не тревожь ты ее из-за свету.
Комендант

Кроме того, аспиранту Попову,
Которому тесно в комнате жить,
Вы дали самое твердое слово
В большую комнату переселить.
И так как срок обещанья истек,
То Попов рычит на такой волне,
Что я опасаюсь за целость стекол
В окнах, вверенных вами мне.
Суздальцев

Кто большие комнаты занимает?
Комендант

Коврова, Гаранин. А третья опять
В ремонте. Как начальство решает?
Суздальцев

Придется слово мое сдержать.
Сегодня же комнату дать Попову,
Доложить, когда будет готово.
Комендант

Какую?
Суздальцев

Решайте. На месте видней.
(указал на дверь комнаты Нади)

Кстати, она через несколько дней,
Возможно, совсем расстанется с нами.
А в общем, в общем решайте сами!
Комендант в недоумении уходит. Суздальцев подходит к телефону. В это время из своей комнаты выходит Надя. Она в пальто.

Надя! Ступайте на вечер! Весна!
Что вы хмуритесь, друг любезный?
Надя

Товарищ Суздальцев...
Суздальцев

Я узнал...
Надя

Жалость, увы, для меня бесполезна.
Суздальцев

Коврова, вы так говорить не вправе.
У меня ведь не камень, а сердце в груди.
Когда вы были в почете, в славе,
Я к вам, вы знаете, не приходил.
Мне ведь не нужно от вас ничего.
Свои у вас горизонты, дали...
И я прекрасно понял, кого
Телегой заезженной вы считали.
И все-таки я пришел. Потому,
Что в жизни я сам испытал не мало.
Я все это знаю, я все пойму,
Со мной все случалось и все бывало.
И я когда-то был беззаботный,
Жизнерадостный гражданин.
Крылышки распускают сотни,
А взлетает, увы, один!
На вас опускают глыбу за глыбой,
Но я не дам вам пойти ко дну.
Надя

Простите, вы сейчас не могли бы...
Суздальцев

Я понял. Я вас оставляю одну.
(Уходит.)
Звонит телефон.
Надя
(берет трубку)

Слушаю. Да. Опять по ошибке.
Да. С телефоном у нас беда.
Что? Говорит гражданин Рыбкин?
Да, это некая Надя, да.
Что вы, что вы, сделайте милость!
Что? Мой голос узнать нельзя?
Не только голос – все изменилось.
Гроза надо мной пронеслась, гроза!
Нет, несчастье. Да. В самом деле.
Таков, видно, жребий печальный мой.
Телефон еще сменить не успели,
А счастье успело смениться бедой.
И я когда-то была беззаботной,
Но мне разъяснил один гражданин,
Что крылышки распускают сотни,
А взлетает, увы, один!
(Положила трубку, присела где-то в уголке на стул.)

Ух, какая у нас тишина!
Вот она, тоска коридоров.
Чего мне хочется? Шуму, вина,
Пенья, плясок, пустых разговоров?
Все на вечер ушли в институт,
Одна, одна теперь вы, сударыня!
Никто – теперь вас не встретит тут...
А может, я в самом деле бездарная?
Подходит комендант.
Комендант

В общем и целом, приступим смело!
Товарищ Коврова, такое дело...
Как бы вам объяснить толково?
Ну, не придирайтесь к словам!
В общем вы переезжаете в комнату Попова,
А Попов к вам.
Надя

Почему?
Комендант

Попову площадь нужна.
Книги у него занимают место,
Кроме того, у него невеста, 1
А он хочет, чтоб была жена.
А жене-то некуда переехать,
А вы одиноки.
Надя

Я не согласна.
Комендант

Возражение ваше напрасно.
Я могу вас заставить, гражданка.
Срок восемнадцать часов я даю.
Проснетесь утречком спозаранку
И комнату мне сдадите свою.
И в ту переедете.
Надя

Вон отсюда!
Я директору все расскажу.
(Замахивается стаканом.)
Комендант

Гражданка, поберегите посуду!
Подождите! Я ухожу.
Надя уходит.

Ну, должность моя! Не встречал трудней:
«Решайте сами! На месте видней!»
А он ушел и горя не знает.
И то не то и это не то.
В газетке Гаранин ее ругает,
А Гаранина кто ругает? Никто!
Значит, на сегодня Гаранин выше,
Ему неприятность нельзя чинить.
Значит, что же? Так и запишем:
Коврову к вечеру переселить.
Конечно, можно бы было Попову
Конца ремонта и там обождать,
Но раз начальство дало ему слово, –
Наше дело не рассуждать.
Что ж, получается, дело в шляпе!
Мне ум комендантский всегда помогал
Тот, кто ругает, на данном этапе
Выше того, кого он обругал.
(Вынул из кармана приказ.)

Мною не будет проиграна битва...
Несколько кратких, железных фраз;
Если бумага к стенке прибита,
Эта бумага – уже приказ.
(Прибил бумагу. Уходит.)
Пауза. Входит Крылов. Не уверен, сюда ли попал. В руке у него письмо.
Крылов
(читает.)

«От телефонного аппарата
Налево будет первая дверь».
Ну-с, боевой соблюдая порядок,
Двинем лево руля теперь.
Меня умоляют перевоспитать
Гражданку, которая стукнула дверью.
Благодарю, так сказать, за доверье,
Но как я могу воспитателем стать?
(Читает письмо.)

«Коврова... работа... скандал такой...»
Ого! Скандал! Звучит сурово!
Уж не та ли это Коврова,
Которую встретил я над рекой?
Постучим. Никакого ответа.
Видать, хозяюшки дома нету.
(Увидел приказ.)

Это что за объявленье?
Ну-ка, давай его разглядим!
(Снял приказ.)

Дело-то, видно, пришло в движенье!
Ого! Появился огонь и дым.
(Читает.)

«Приказ.
Ввиду того, что товарищ Попов
В брак законный вступить готов
И уже приходила невеста,
А товарищ Коврова живет одна,
То она Попову должна
Уступить место
И по изложенным выше мотивам
Ему свою комнату передать».
Ух ты, автор какой ретивый!
Интересно б такого орла повидать!
Входит комендант.
Комендант

Это что вы с двери сорвали?
Крылов

Так, бумажонку одну. Ерунду!
Комендант

Вам придется ответить.
Крылов

Едва ли...
Комендант

Я вас в милицию отведу.
Я покажу вам, как рвать приказы,
Я вам поставлю это на вид,
Вы у меня загремите сразу!
Крылов

До чего занимательно говорит!
Комендант

Тут для смеха повода нету,
Мы сейчас выясним, кто ты таков.
Крылов

Правильно. Депутат Верховного Совета
Крылов.
Комендант
(принимает положение «смирно»)

Товарищ депутат! Большую
Ошибку я сейчас совершил.
За то, что бумагу повесил такую,
Наказание я заслужил.
Прошу обо мне доложить начальству
И примерно меня наказать.
Крылов

Встречал я диковинки разные часто,
Подобных не приходилось встречать.
Водку пьешь?
Комендант

Даже вкуса не знаю,
Видеть проклятую не могу.
Капли водки не принимаю.
Только почувствую запах – бегу!
Крылов

Рюмочку выпей. От страха, от дрожи
Поможет.
Комендант

Я б валерьянки рад...
Крылов

Вот валерьянка тебе не поможет:
Не та в ней сила, не тот заряд.
Тут, брат, иное горючее надо.
Комендант

Огрубел. Зачах в коридорах, в пыли.
Крылов

Так, значит, нету Ковровой? Досада!
Комендант

Они, должно быть, на вечер пошли.
Так сказать, весна, молодежь!
Решили они, так сказать, собраться.
Крылов

Все еще дрожь пробирает?
Комендант

Дрожь!
Крылов

Вибрация, так сказать?
Комендант

Вибрация.
Крылов

Ну-с, первую стычку я выиграл просто.
Теперь поплывем в институт не спеша
А душа у тебя небольшого роста,
Мелкокалиберная душа.
Комендант

Совершенно верно. Других указаний не будет?
Крылов

Нет уж! Где уж! Не сыщешь слов!
Откуда берутся такие люди!
Комендант

Я рад, что вас встретил, товарищ Крылов!
Уже уходите? Так не годится.
Ведь я от вас указаний жду.
Крылов

Нет уж, братец, я лучше пойду.
С тобой возиться, что в крапиву садиться.
(Уходит.)
Комендант в полном смятении и страхе.
Занавес

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

Перед занавесом соловьи поют песню-приглашение.

Друг, входи,
друзей приводи,
Час веселия пробил!
Годы, стаж,
научный багаж
Оставляй в гардеробе.

Цель ясна,
ведь нынче весна,
Есть ли время чудесней?
Час весны
мы встретить должны
Обязательно песней.
Проходит Гаранин. Соловьи поют ему.

Нынче пой,
товарищ ты мой,
Завтра в путь спозаранку.
Гражданин,
да что ж вы один?
Где же ваша гражданка?

Цель ясна,
ведь нынче весна,
Есть ли время чудесней?
Час весны
мы встретить должны
Обязательно песней.
Открывается занавес. Институт. Гардероб. Вестибюль. В институте вечер. Танцы выплеснулись даже в вестибюль. Соловьи пытаются увлечь в танец гардеробщицу тетю Машу. Волна вальса уходит за сцену, наверх, где в большом зале идет вечер. Музыка стихает, теперь она слышна издали. По лестнице спускается Суздальцев. Через сцену быстро идет Здобнов, чуть не налетая на Суздальцева.
Суздальцев

Осторожно, споткнулись! Ну вот!
Куда торопитесь?
Здобнов

Дама ждет.
Суздальцев

Уж не Коврова ли?
Здобнов

Ну что вы, право!
Суздальцев

Потанцевала, бедняжка, хотя б.
То, что вчера называлось «слава»,
Сегодня называется «пройденный этап».
Ничего постоянного нету.
А вы, как всегда, хорошо одеты!
Завидую – вы веселитесь вполне.
Отдыхать умеете после работы.
Здобнов

Когда я слушаю вальс, во мне
Просыпается нежное что-то.
(Танцует.)
Суздальцев

Да вы, я вижу, танцор проворный.
Хороший вальс?
Здобнов

Интересный, но спорный.
(Мчится вверх.)
Суздальцев уходит. Входит Я ш а с портретом в руках. Тетя Маша вышла откуда-то из-за одежд. Берет у Яши плащ.
Тетя Маша

Яша, Яшенька! Да ты вымок!
Видать, вечерок-то не так хорош.
Яша

Мне, тетя Маша, необходимо
Оставить на вешалке этот чертеж.
(Отдает ей портрет.)

Чертеж этот, предупреждаю, важный,
Так что, тетя Маша, держись!
Скрывается в этом листе бумажном
На данном отрезке вся моя жизнь.
В нем сплетаются разные нити
(Пошел, вернулся.)

И еще к вам будет просьба моя:
Никому вы, пожалуйста, не говорите,
Что этот чертеж вам оставил я.
(Снова пошел, снова вернулся.)

Тетя Маша, чертежик на месте?
Не затерялся чертежик?
Тетя Маша

Ну, вот!
Яша ушел.
(Вертит портрет, любопытство ее съедает.)

Яшка, конечно, чудак известный!
Что в чертеже-то здесь у него?
Как беспокоился Яша, очень!
Не видать, а зудит глаза.
Так, разочек взглянуть между прочим,
А потом завернуть. Нельзя!
(Положила чертеж, взяла опять.)

Вся, говорит, жизнь в чертеже этом.
Дай-ка я, старуха, взгляну.
(Развернула, ахнула.)

Ба! Да это вроде портрета,
Да это девушка. Ну и ну!
Велика, – на полке не помещается,
А так собой не дурна, кажись.
Так вот, оказывается, в ком заключается
Эта самая Яшина жизнь.
Гром. Дождик.

Ух ты, гром, зазвенели стекла!
Люблю, когда этакий ливень гудит!
(Открыла дверь на улицу.)

Эй, гражданка, ты что размокла?
Смотри, утонешь! Входи, пережди!
Батюшки, дождик как из ведра!
С улицы входит Катя. Она промокла.
Катя

Улица, словно черный ручей,
А тротуар стал, как мостик, узенький...
Куда я попала?
Тетя Маша

В Ноев ковчег,
Да в какой ковчег! С музыкой.
Катя поправляет шляпу. Сверху спускаются соловьи
Соловьи

Кто это?
Первый соловей

Вижу ее впервые.
Третий соловей

Товарищи, сердце забилось в груди!
Второй соловей

Постойте, вы – соловьи рядовые,
А я, так сказать, соловей-бригадир.
Я с незнакомкой беседовать буду,
Все ей выскажу напрямик.
Вы откуда, товарищ?
Катя

Оттуда.
Третий соловей

Вы надолго к нам?
Катя

Нет, на миг.
Первый соловей

Наше общество вам не противно?
Катя

Нет, но вопросы мне не ясны.
Третий соловей

Вы, должно быть, частица ливня?
Первый соловей

Кусочек Москвы?
Третий соловей

Или образ весны?
Второй соловей

Как вы попали сюда?
Катя

Не знаю,
Это как-то случилось само.
Соловьи

Чего вы хотите? Пирожного, чаю,
Песен, шуток, острот, эскимо?
Катя

Ничего.
Третий соловей

Сюда занесло весною
Самый лучший цветок земной.
Первый соловей

Сейчас принесем и то и другое.
Второй соловей

А потом вы станцуете.
Первый соловей

Только со мною.
Третий соловей

Только со мною.
Второй соловей

Только со мной.
Соловьи убегают. Катя снимает шляпку. Тетя Маша пристально разглядывает ее. Катя удивлена.
Тетя Маша

Минутку, минутку... Сейчас, сейчас...
Катя

Что такое?
Тетя Маша

Профиль! Фас!
(Сравнивает Катю с портретом.)

В чертах лица расхожденья нет.
Гражданка, да это не твой ли портрет?
(Развертывает портрет.)
Катя
(в сторону)

Мой. Откуда он здесь?
Тетя Маша

Смотрите!
Она и есть. Нос, и лоб, и рот.
Катя

Пожалуйста, глупостей не говорите:
Здесь нарисован какой-то урод.
Откуда вы взяли эту афишу?
Тетя Маша

Какая афиша! Да это же ты!
Первый раз я такое слышу, –
От своей отказываются красоты.
Катя

Кто вам принес его?
Тетя Маша

Знать не знаю.
Слова не выдавишь, не проведешь!
Катя

Ну, так я его забираю.
(Выхватывает портрет, убегает.)
Тетя Маша

Гражданка! Гражданка! Да эго чертеж!
Разбойница! Сцапала и айда!..
Молодо-зелено. Эх, беда!..
(Кричит вслед.)

Гражданка! Вернись-ка!
Ответа нет.

Найдешь, пожалуй..
Эх, молодуха, какие дела!
Может, ты от судьбы сбежала,
Может, от жениха ушла.
(Грустно села на то место, на котором только что сидела Катя.)
Сверху бегут соловьи. Увидев вместо Кати тетю Машу, опешили.
Первый соловей

Где же она?
Тетя Маша

На душе – печаль!
На вас не гляжу. Оркестра не слушаю.
Соловьи

Эскимо, пирожное, чай...
Тетя Маша

Давайте, ребята, я с горя скушаю.
(Берет у них пирожное, чай, скрывается где-то за одеждами.)
Соловьи уходят наверх, на вечер. Входит Крылов.
Крылов

Ну, вот и вторая стоянка моя.
Кто здесь командует?
Тетя Маша
(выходит из-за одежд)

А я!
Крылов

Где ж вы, мамаша?
Тетя Маша

Да тут я, тут.
Крылов

Мало ли кто здесь, мамаша, шатается.
Придут, чужое пальто возьмут
И обратно не возвращаются.
А владелец орет, негодует, ропщет,
А вы, мамаша, давайте ответ.
Тетя Маша

Ты сам-то, случаем, не гардеробщик?
Крылов

Нет, мамаша.
Тетя Маша

Вижу, что нет.
А кто таков?
Крылов

Я, мамаша, моряк.
А теперь, мамаша, мечта моя
Повидать директора и Коврову.
Тетя Маша

Очень уж с ней обошлись сурово.
Крылов

Да ну?
Тетя Маша

Сперва-то все: ах да ах!
Но ведь история! Все может случиться.
В веках-то, батюшка, что впотьмах –
Долго ли заблудиться.
Крылов

В кучу свалены тысячи лет,
И никакого просвета нет?
Тетя Маша

Ох, сложнеющая наука!
Заглянешь – кружится голова.
На что гардероб – хлопотливая штука,
А все спокойнее.
Крылов

Ты права.
Так здесь Коврова?
Тетя Маша

Нет ее.
Крылов

Нет?
А директор?
Тетя Маша

Петров? Слыхать, в Ленинграде.
Ступай к заместителю в кабинет.
(Показывает наверх.)
Крылов

Лучше б, конечно, увидеться с Надей...
Тетя Маша
(соглашаясь с ним)

Все бы она рассказала путем,
Что ее мучит, что тревожит.
Крылов

Значит, в историки не пойдем?
Тетя Маша

Избавь меня, боже!
Крылов

А что случилось с нею, скажи?
Тетя Маша

Где мне знать? Моя вешалка с краю
Крылов

Ну, ты шинельку посторожи,
А я пойду не спеша разузнаю.
(Уходит.)
Сверху доносится музыка: кто-то играет на рояле.
Тетя Маша

Музыке нет ни конца, ни краю.
Стара я стала, а танцы люблю.
Пусть они наверху поиграют,
А я под музыку подремлю.
(Убавила огонь.)
В вестибюле стало почти темно. Тетя Маша сидит в сторонке, незаметная, дремлет. Входит Надя.
Надя

Я вернулась. Еще освещен институт.
На улице дождь. Промокла, споткнулась.
Вся моя жизнь помещается тут.
Куда же мне больше идти? Я вернулась.
Я здесь бывала с утра и до вечера,
Всё, даже шум заседаний, любя.
Мой дом, без тебя мне и делать нечего
И ходить мне не к кому, кроме тебя!
Здесь, вокруг твоего огня,
Мечты шумели, ребячьи бредни.
И вот институт стал чужим для меня,
И я, как проситель, стою в передней.
Вид у меня какой нехороший!
Что же, так и торчать одной?
Может, вы, товарищи макинтоши,
Побеседуете со мной?
(Кланяется одеждам.)

Позвольте представиться: звать – Надежда.
Молчите? Ответа не жди от вас?
Наверху заиграли вальс.

Слышите, товарищи одежды?
Это – вальс. Понимаете, вальс!
(Поет.)

Чайка взлетает над Волгой.
В сердце врывается грусть.
Я уплываю надолго,
Может быть, я не вернусь.

Да и к чему возвращаться,
Если я знаю давно:
Белому голубю счастья
К нам не стучаться в окно.

Надя, а может, ты виновата?
И сейчас среди шума, среди огня
Тебе надо пойти и сказать: «Ребята,
Примите и выругайте меня!
Ребята, я сделала что-то не так.
Может, запуталась, может, зазналась.
Но я ведь в мыслях своих, в мечтах
Подругою вашей всегда оставалась».
Кто-то идет... Стыдно! Спрячусь сюда.
(Прячется в гардероб.)
Сверху идут девушка и Здобнов.
Здобнов
(весел и оживлен)

Ну, согласитесь, скажите «да».
Взгляните – ночь бредет за окном.
Девушка

Дождик стучит по крышам покатым...
Здобнов

Я устал быть адвокатом,
Чьим-то защитником, опекуном.
Здесь рядом в саду распустился клен...
А вы сегодня очень красивы,
Я немножечко в вас влюблен.
Девушка

Немножечко? И на том спасибо..
Здобнов

Пойдемте в какой-нибудь чудный садик,
Будем бродить, говорить, молчать...
Девушка

Можно об этом сказать Наде?
Здобнов

Ну, зачем же ее огорчать?
Я для нее кое-что значу,
Над нею теперь нависла беда.
Небось у окошка сидит, плачет:
Ведь работенка, увы, ерунда!
Девушка

Вы отзывались о Наде иначе,
Часовым стояли у нее на посту.
Теперь изменились?
Здобнов

А что это значит?
Это значит, что я расту.
Девушка

Просто вы изменили мненье.
Здобнов

Не будем так мелко ставить вопрос.
Я не изменял своих убеждений,
Я просто-напросто их перерос.
Не я один говорю так сурово,
А все, – так сказать, начальство, штаб.
Общее мнение, что слава Ковровой –
В сущности, пройденный нами этап.
Девушка

Вас это печалит?
Здобнов

Весьма!
Девушка

Весьма?
Здобнов

Но сейчас мне не хочется быть печальным.
Поймите – вечер, вы плюс весна
Меня зовут к путешествиям дальним.
Помните: «Скажи мне только слоео,
Улыбнись мне, как цветок в саду,
Не терзай молчанием суровым».
Ну, пойдем гулять!
Девушка

Не пойду!
(Уходит.)
Здобнов обернулся, увидел Надю. Она вышла ему навстречу.
Здобнов

Надя? Вы здесь? А я-то искал,
Бегал, спрашивал, ждал, звал...
Вальс...
Надя

Не подходите ко мне!
Здобнов

Вам ваше несчастье голову кружит.
Надя

У меня, Здобнов, одинакова дружба
И на людях и наедине.
Здобнов

Надежда Петровна, вы правы...
Надя

Довольно!
Не подходите!
Надя

Но вы могли б...
Надя

Я вас ударю и очень больно.
Надя

Ну это, вы знаете, перегиб!
Надя, не будьте идеалисткой!
Надя

Иль вы уйдете, иль...
Здобнов

Хорошо,
Хорошо, я вынужден удалиться.
Я виноват... Прощайте. Ушел!
(Уходит.)
Надя

«Общее мненье: Надежда Коврова –
В сущности, пройденный нами этап».
Никуда не ходи! Никого не ищи!
Такого со мной никогда не случалось.
Кепки, шляпки, пальто, плащи –
Вот что мне от друзей осталось.
(Закрыла лицо руками.)
Из-за одежд вышла тетя Маша.
Тетя Маша

Что случилось?
Надя

Тебе не понять.
Тетя Маша

Гаранину сказывала об этом?
Он, чай, друг тебе?
Надя

У меня
Знакомых с такою фамилией нету.
Тетя Маша

Гордость высказываешь свою?
Жаль, я сегодня его не спросила
Надя

Пойду поброжу, на мосту постою:
Он, тетя Маша, высокий, красивый.
Тетя Маша

Что тебе, в городе места мало
Или сад для тебя увял?
Одна вот так на мосту стояла –
Милиционер ее и оштрафовал.
Надя

Смешная ты, тетя Маша!
Тетя Маша

Смешная!
Надя

Прощай, тетя Маша.
(Уходит.)
Тетя Маша

Куда? К реке?
Ну, что на мосту ей стоять – не знаю!
Догоню, скажу ей о моряке...
(Бежит вслед за Надей.)
Сверху идут Суздальцев и Крылов.
Суздальцев

Сердцем она оказалась слаба,
С душевным весьма плоховато миром.
Первая рана, стычка, борьба
Ее, к сожалению, надломила
Крылов

Барышней оказалась?
Суздальцев

К несчастью.
И тут не на кого пенять.
Вы – мастер, и я в своем деле мастер,
И мы это можем легко понять.
Каждому свой маршрут кораблю.
В бурю гибнет нежная птичка.
Крылов

Очень я слабых людей не люблю,
Этакая, знаете, морская привычка.
Только тут легко ошибиться, –
Вы на нее не спускайте собак.
Суздальцев

Нет, она не взлетит, – не птица!
Крылов

А может, она у кошки в зубах?
Суздальцев

Нет, обстановка у нас ясна:
В груди у нее оказалось пусто.
Случайный успех ухватила она,
А дальше – точка.
Крылов

Ну что же, грустно!
Суздальцев

И не говорите... Прошу за мной!
Печаль – печалью, весна – весной.
Нынче у нас первомайский бал.
Приятно, знаете, быть с молодежью.
Крылов

В разгар веселья я к вам попал,
Простите, не вовремя потревожил.
Суздальцев

Что вы! Прошу вас, пойдем наверх.
Все будут рады – такой человек!
Примите участие в разговоре.
Может станцуете?
Крылов

Не могу!
Танцую только на льдинах в море
Или в узком семейном кругу.
Не провожайте меня! Поздний час,
К тому ж молодежь ожидает вас.
Суздальцев

Ну, если вы будете в наших краях...
Крылов

А вы если будете в наших морях,
Где-нибудь за Полярным кругом...
Суздальцев

В общем мы понимаем друг друга.
Попрощались. Суздальцев поднимается по лестнице. Крылов
внизу. Вбегает тетя Маша. Она очень встревожена.
Крылов

Что ты, мамаша? Да что с тобою?
Тетя Маша

Эх, касатик, плохие дела!
Только что тут Коврова была.
Запахнула пальтишко свое голубое,
Шапчонку белую в руки взяла.
Я ее догоняла – не догнала.
Пойду, говорит, на мосту постою.
Зачем на мосту стоять человеку?
Ну, как решит она жизнь свою,
Глаза закроет да бухнет в реку?
Крылов

Что ты! Просто красивый вид,
Моет, весна, мировая погода...
Тетя Маша

У кого, касатик, душа болит,
Тому на вид глядеть неохота.
Крылов

Да ты себе голову зря не морочь!
Может же этакий сон присниться!
Молодая женщина в весеннюю ночь
В голубом пальто не станет топиться.
Тетя Маша

Все, дорогой мой, все может статься.
Эх, неважные здесь дела!
Ведь хотела она остаться
И вдруг взяла да и убегла.
Крылов

Говоришь, она в голубом пальто?
Тетя Маша

В голубом.
Крылов

И давно она в путь пустилась?
Тетя Маша

Только что. Догони, а не то...
Крылов

Как бы чего на мосту не случилось?
Тетя Маша

Может, действительно что стряслось?
Зачем на мосту стоять человеку?
Крылов

У тебя не найдется чего от слез?
Тетя Маша

Нет.
Крылов

Если заплачет, стащу в аптеку.
(Уходит.)
Тетя Маша
(вслед ему)

Отыщи ты ее, отыщи!
За ручку возьми и в аптеку стащи!
Входят Суздальцев и Гаранин.
Суздальцев

Гаранин! Вы дали правдивый анализ.
Готов подписаться, поставить печать.
Наконец-то, голубчик, и вы признались,
Что не стоит орлами цыплят величать,
Что можно набить на цитатах руку,
Набрать их множество по пути,
Но, голубчик, нельзя в науку,
Как в трамвай, на ходу войти.
Но вот что, милейший, меня поражает:
Вы открываете верный огонь,
Но когда Коврову я понижаю,
Вы же мне говорите: «Не тронь!»
Гаранин

Драма Ковровой – моя драма.
Горе Ковровой – горе мое.
Я сказал ей правду открыто и прямо,
Потому что я уважаю ее.
Но вот чего не могу понять я:
Некто, невидимый и немой,
Моей статьей ударяет по Наде –
Не по работе, – по ней самой!
Суздальцев

Некто? Вы ведь статейки автор.
Написали и струсили? Бросило в дрожь?
Гаранин

Я правду писал. Из моей правды
Вы хотите сделать свою ложь!
Суздальцев

Вас недостойны подобные штуки.
Что сделал я? Вывод из вашей статьи.
Прошу понять: интересы науки –
Единственные интересы мои.
Как говорится, чья бы корова...
Не могу я историю эту смять.
Поэтому все же придется Коврову
С работы самостоятельней снять.
Гаранин

Да это же может добить!
Поймите, Коврова должна победу
На этой же самой теме добыть.
Суздальцев

Другой разработает тему эту.
Гаранин

Вы – этот другой?
Суздальцев

Да, хотя бы и я.
Это же в сущности тема моя,
Давнишняя, так сказать, родная.
Она же с налету ее взяла.
Гаранин

Вы что же, хотите, ее отстраняя.
Попутно поправить свои дела?
Суздальцев

Слова, слова!.. Я слыхал и звонче.
Гаранин

Я этого так не оставлю.
Суздальцев

Да?
Пожалуйста. Разговор окончен.
Коврова годок подождет. Не беда!
(Уходит наверх.)
Гаранин берет с вешалки шляпу. Сверху, с вечера, идет Яша.
Яша

Миша, здорово!
Гаранин

Здорово, Яша!
Яша

Я тебе ни шурин, ни сват, ни зять,
Ни деверь, но старая дружба наша
Меня заставляет правду сказать.
Миша! Трезво на вещи глядя,
Не желая в твой залезать мир,
Я знаю одно: в отношении Нади
Ты, прости меня, нахамил.
Гаранин

И ты? Ну, конечно, я лютый зверь!
Мне теперь к ней не стучаться в двери.
Она не верит, и ты не верь!
Яша, секрет я тебе доверю,
Но не выдай, я умоляю!
Яша

Не выдам. Честное слово дано.
Гаранин

Я ведь Надю люблю.
Яша

Я знаю.
Гаранин

Ты это знаешь?
Яша

Давным-давно.
Гаранин

Неужели Надя сказала?
Яша

Нет.
Гаранин

Так кто же? Скажи, если ты честен!
Яша

Мишенька, этот страшный секрет
Всему району давно известен.
И многие граждане говорят,
Что любовь-то тебя и губит,
Что статьи твоей горечь, огонь и яд
Вызваны тем, что она не любит.
Гаранин

Это же мерзость, честное слово,
Яша, пойми!..
Яша

Понимаю. Я сам...
Гаранин

Но если бы все началось снова,
Я бы снова эту статью написал.
Я же спасаю ее, черти!
Я же ей настоящий друг!
Но кто-то вокруг статьи моей вертит...
Кто-то воду мутит вокруг!
(Уходит.)
Из-за одежд выходит тетя Маша.
Тетя Маша
(увидев Яшу)

Батюшки, Яша!
Яша

Ну как мой чертежик?
Хотя, конечно, он не игла...
Тетя Маша

Ругай меня, Яша, ругай построже!
Я чертежик не сберегла.
Яша

Где он?
Тетя Маша

Яшенька, сделай милость!
Его теперь не вернешь уже.
Вдруг девица сюда явилась,
Нарисованная на чертеже.
Его нечаянно развернула,
Как ни старалась я – не спасла!
Взглянула, руками, Яша, всплеснула
И твой чертежик с собой унесла.
Яша

Откуда она появилась? Когда?
Что говорила? Куда направлялась?
Тетя Маша

С ливнем примчалась она сюда,
С ливнем дальше она умчалась.
Яша убегает. Тетя Маша потрясена. Музыка.
Занавес

ИНТЕРМЕДИЯ ВТОРАЯ

Сквер. Скамейка. Дождик. На скамейке – соловьи.
Соловьи
(поют)

Не хочу идти домой
В этот час рассветный.
С добрым утром, город мой,
Друг ты мой заветный!

Над Москвой весна идет,
Спят в кроватках дети.
Звонко улицы метет
Дворник на рассвете.

Ах, весна московская,
Всех обнять готовая,
Площадь Маяковского,
Улица Садовая.

Как мне в памяти сберечь
Эти зори мая?
Как мне жить без этих встреч,
Я не понимаю.

Гаснет дальняя звезда,
Розовеют зданья.
До свиданья, до свида...
Друг мой, до свиданья!

Ах, весна московская,
Всех обнять готовая,
Площадь Маяковского,
Улица Садовая.
Во время пения проходит пара. За парой – Яша. «Катя!» – кричит он. Девушка оборачивается. Это не Катя. Яша в горе.

Над Москвою нынче дождь,
Майский дождь зеленый.
Что стоишь, чего ты ждешь,
Гражданин влюбленный?

Дождик вымочил сады,
Нету больше пыли.
Десять тысяч тонн воды
На нее он вылил.

Ах, весна московская,
Всех обнять готовая,
Площадь Маяковского,
Улица Садовая.

Он нагрянул к нам с утра,
Теплый дождик с юга.
Гражданин, домой пора, –
Не придет подруга.

Пусть весною дождик льет:
Он цветов не губит.
Все равно она придет,
Потому что любит.

Ах, весна московская...
Свет гаснет.

КАРТИНА ПЯТАЯ

Новый Каменный мост. Виден Кремль. Чуть рассветает. На мосту Надя, поодаль – милиционер.
Надя

Прямо не знаю я, что со мною,
Что мне делать и как мне быть?
Эх, кабы легкою стать волною,
К морю Каспию бы уплыть!
А тут надо думать о новой работе.
Путь-то жизненный, видно, не прост.
Нерешительно подходит милиционер.
Милиционер

Может, гражданочка, вы пройдете?
Все-таки это, знаете, мост...
Надя

Я кому-нибудь здесь мешаю?
Милиционер

Стойте, пожалуйста, ваша власть!
Но тот, кто, гражданочка, находится е краю,
Может вниз ненароком упасть.
Надя

У меня, товарищ, беда большая.
Пропадаю я ни за грош!
Милиционер

Многие, гражданочка, люди считают,
Что в этом случае мост хорош,
Что будто бы грусть мосты развевают,
Помогаю! от всякой беды,
Что тоска человеческая пропадает
При виде движущейся воды.
Взгляд такой на мосты мне известен,
Но не могу его разделить.
Я лично считаю – в закрытом месте
Горе лучше переносить.
Чтоб гроза за окном полыхала,
Чтобы домик от ветра дрожал,
Чтобы рюмочка рядом стояла,
Чтобы рядышком хлеб лежал.
Вдалеке яростно гудит мотор.
(Смотрит туда.)

Кто там скорость развил такую?
(Наде.)

Под крышей надо развеивать грусть.
Снова ревет мотор.

Летит!
(Свистит.)

Сейчас я его оштрафую
И тут же, гражданочка, ворочусь.
(Бежит в сторону, свистит, возвращается.)

То-то! Не нажимай на педали!
Ну-с, вернемся к гражданочке той.
На мост вошел Крылов, остановил милиционера.
Крылов

Вы тут женщину не видали
В голубом пальто?
Милиционер

В голубом пальто?
(Показывает на Надю.)

Эта, взгляните?
Крылов

Должно быть, эта...
Милиционер

Очень в расстроенных чувствах она.
Стоит без движения у парапета:
Почему, говорит, я не волна?
Хотел воспитательную работу
Я тут провести в короткий срок,
Хотел ей жизнь объяснить в два счета,
Да ухарь-водитель меня отвлек, –
Мчится, как на луну ракета.
Скорость сто десять, нету огней...
Ну, я, конечно, его за это...
Крылов

Я подойду, побеседую с ней.
Милиционер

Правильно. Растолкуйте ей, значит,
Расскажите там о весне, о реке...
Крылов

Плачет?
Милиционер

По внешним приметам – не плачет,
Но слезы, чувствую, невдалеке.
(Отходит в сторону.)
Крылов
(нерешительно подходит к Наде)

Может, это не очень скромно
На мосту подойти и сказать: «Привет!»
Да мы с вами встречались, Надежда Петровна
Припоминаете?
Надя

Нет.
Крылов

Нет?
Ну и не надо. Я, значит, Крылов.
Надя

Крылов?
Крылов

Он самый. Иду за вами
И на этом прекраснейшем из мостов
Хочу обменяться двумя словами.
Вам надо силу и твердость иметь:
В институте положеньице непростое.
Надя
(резко)

Если вы явились меня пожалеть,
Я вас очень прошу, не стоит!
Крылов

Ваш директор в беседе со мной...
Надя

Простите, мне нужно побыть одной.
Крылов

На мосту? А не холодно?
Надя

Как-нибудь...
Крылов

Смотрите, ветер. Может продуть
На мосту.
Надя

А я не боюсь простуд,
Я люблю такую погоду.
Крылов
(милиционеру)

Собственно не всякий стоящий на мосту
Должен обязательно падать в воду.
Надя

В воду? Откуда вы это взяли?
Нет, Ковровой в воде не бывать'.
Милиционер

Вот бы вы сразу так и сказали:
Нельзя же милицию волновать.
(Отходит.)
Крылов
(Наде)

Так не стоит держать к вам речь,
Отыскивать ошибок ваших истоки?
Надя

Не стоит.
Крылов

Прекрасно! Гора с плеч!
А можно так, постоять?
Надя

Стойте.
Крылов

Я тоже люблю в такую погоду
Бродить до рассвета неведомо где,
Глядеть на весеннюю талую воду...
Надя

А что в ней хорошего, в этой воде?
Крылов

Ну, если водица не хороша,
Давайте на небо весеннее взглянем.
Все оно – вдалеке, в рассветном тумане,
Глянешь – и замирает душа.
Поглядим или нет?
Надя

Не стоит.
Подумаешь, радость невелика
Глядеть, как в холодном, жестоком просторе
Бессмысленно сталкиваются облака.
Нет им до нас никакого дела.
Крылов

Значит, и облакам влетело?
Ну, если весна не врывается в грудь,
Может тогда на людей взглянуть?
Вон, посмотрите, движется пара.
Глядит с удивлением постовой:
Они незаметно сошли с тротуара,
Идут в упоении по мостовой.
Идут, прикасаясь к.плечу плечом,
Оборвав неожиданно фразу...
О чем говорят? Небось ни о чем
И обо всем сразу.
Надя

Хорошо рассвет встречать на пути,
Столкнуться с ветром стремительным, резким.
Хорошо молчать, говорить, идти,
Только вот некуда, да и не с кем.
Может, ошиблась – ив этом и в том,
Может, глупостей делала много я,
Но считайте ошибки мои потом,
Сначала поймите, что я одинокая.
Ну, куда мне пойти? К кому?
Крылов

А друзья?
Надя

Один к одному.
Я к ним прибежала. Решила: итак,
Пусть восстановятся дружбы нити.
А друзья говорят: «Извините!
Вы – уже пройденный нами этап».
Крылов

А вы докажите, что это не так.
Надя

У меня опускаются руки.
Я думаю, может быть, это конец?
Крылов

Обратите внимание – борец науки.
Надя

Вам легко говорить – борец!
Вам легко...
(Заплакала.)
Крылов

Так и знал! Вода
В два ручья. Ох, уж эти гражданки!
Если бы я не купил валерьянки...
(Достает пузырек.)

Постой... А накапать ее куда?
А чем разбавить ее? Неясно!
Не ожидал я такой беды.
Братцы, это же просто ужасно!
На мосту, над рекой – и ни капли воды..
Может, побрызгать ее, покропить?
Коврова, как же мне с вами быть?
Ведь я не как няня за вами бежал,
Я не помощник деда Мороза.
Не хочу утирать вам слезы,
Мне просто таланта, таланта жаль!
Надя

А ваша жалость меня оскорбляет,
Без нее обойдусь как-нибудь.
Вы правы: здесь ветер резкий гуляет,
Может здорово вас продуть.
Крылов

Позвольте...
Надя

Вы знаете, сколько крови
У меня работа моя отняла?
А у вас – ведь я понимаю – и кроме
Моих делишек, найдутся дела.
И какие! Огромные! Вы заняты вечно.
Расписан, наверное, каждый час.
А неудача одного человечка –
Разве это масштаб для вас?
Крылов

Но ведь приходится, надо признаться,
И мелкими случаями заниматься.
Надя

Ну, тогда возьмитесь за баню!
Баня у нас никуда не годна.
А я со стиснутыми зубами
Желаю все пережить одна.
Лифт у нас не работает вечно,
Продают в киосках зловредный квас...
Крылов

А неудача одного человечка?
Надя

Неинтересное дело для вас.
Уходите, я вас прошу от души!
Что это вам по ночам не спится?
Крылов

Очень вы все-таки хороши,
Как бы мне, старику, не влюбиться!
Не стесняйтесь со мной, красавица,
Без церемонии кройте меня!
Мне такая свирепость нравится.
Суздальцев мне про вас: «Размазня'
Искал, говорит, я в ней человека.
Искал в ней силу и не нашел».
Ведь я по дороге сюда в аптеку
За утешеньем для вас зашел.
Как, я думаю, слезы вытру?
Где найду я душевный пыл?
Ведь я, простите, чуть не пол-литра
Валерьяновки вам купил.
«Нету, говорит, в Ковровой огня.
Погибла, с первым столкнувшись горем»,
Надя

Суздальцев так говорил про меня?
Мне говорил он совсем другое.
Он так помогал мне.
Крылов

Он помогал?
Надя

Сам на квартиру ко мне приехал...
Крылов

Зачем же все-таки он соврал?
Ведь не для шутки же, не для смеха?
Вопрос этот, Наденька, видно, непрост.
А заря-то, заря! Поглядите, ну-ка!
Посидим, отдохнем здесь...
Надя

А мост?
Крылов

Что мост?
Мост – это, Надя, чудесная штука!
На мосту показался Яша.

Вот приближается ранний прохожий,
Сейчас и ему мы предложим присесть.
Товарищ прохожий, на кого-то похожий...
Надя

На Яшку... Да это Яшка и есть!
Яша!
Яша

Надя? Ты здесь и так рано?
Крылов

Но вы ведь тоже – так рано и здесь!
Яша

Все это странно!
Крылов

Действительно странно.
Надя

У меня есть причины.
Яша
(вздохнув)

И у меня есть.
Надя

Не нашел?
Яша

Следы затерялись,
Планам и поискам потерян счет.
Крылов

А мы ведь с вами встречались...
Яша

Встречались?
Крылов

На Ленинских горах.
Яша

А, морячок!
Вы здесь зачем?
Крылов

Сидим да толкуем.
Вот обсуждали с ней...
Яша

До утра?
Крылов

Как написать ей работу такую...
Яша

В институте огонь, разговоры, мура.
Я вижу, бред! Не сказав ни слова,
Я в дело вмешался. Открою секрет:
Я написал депутату Крылову.
Крылов

Крылову? Он вам ответил?
Яша

Нет.
Крылов

Вот бюрократ!
Яша

Осадите назад!
Полегче! Слов не бросайте на ветер.
Я думаю так: герой, депутат
О Ковровой, наверное, слышал. Ответит.
Крылов

Вы с ним встречались?
Яша

Встречался разик.
Крылов

Каков из себя?
Яша

Да не вам чета!
Высокий, подтянутый, быстроглазый,
Богатырь, великан, мечта...
Стал известен недавно, с полгода.
Но скоро слава его загудит.
Храбр беспредельно: огонь и воду,
Лед и пламень – все победит!
Помню, в нашей короткой беседе
Он вспоминал...
Крылов

Вспоминал?
Яша

Вспоминал,
Как еще в детстве ходил на медведя
С одной рогатиной...
Крылов

Врал!
Яша

Врал?
Льды ему, как открытые двери,
Сила его сродни чудесам.
Да что вы, не верите мне?
Крылов

Не верю.
Яша

Почему?
Крылов

Потому что Крылов – я сам.
Яша
(в ужасе)

Вы? Крылов?
Крылов

И мое обличье
Поэты и те не смогли б
Так разукрасить, преувеличить...
Яша

Вы – Крылов?
Крылов

Я – Крылов
(Наде.)

Влип!
Забудем все это, товарищ Яша!
Яша

Вы – Крылов?!
Надя

Яша, молчи!
Крылов

Письмо, я должен заметить, ваше
Своевременно я получил.
Яша

Вы – Крылов?
Крылов

Ничего другого
Из русских слов не припомните вы?
Садитесь! Ну что же, Надя Коврова,
Грозный товарищ, дочка Москвы.
А редко мы на рассветы глядим.
Пора волшебная, золотая!..
(Нше.)

Да ты, браток, видать, нелюдим?
Припомни еще что-нибудь... Поболтаем...
Ну, давай начинай, говори!
Яша

Вы – Крылов?!
Крылов
(махнул рукой)

На мосту прелестно!
Давно не видал я такой зари.
Надя, давайте споем песню!
Помните? В рощах, на косогорах
Заблудился один капитан,
А вы пели песню. И очень скоро
Капитан ее выучил. Та иль не та?
(Поет.)

Разлилась Москва-река широко.
Почему ж в душе не тает лед?
По мостам московским одиноко
Я гуляю ночи напролет.
Милиционер
(подошел во время пения, вдруг подтянул звучным басом)

На Волгу, к морю Каспию
Уходит пароход.
Крылов
(удивленно)

А ты когда разучить успел?
Ну, брат, слух у тебя на славу.
Милиционер

Князя Гремина в клубе пел.
Такая песня для нас – забава!
Я как нижнее фа протяну,
Умение петь покажу я людям.
(Поет.)

«И жизнь, и молодость, и счастье!»
(Действительно берет нижнее фа.)
Крылов

Не будем, браток, нарушать тишину.
Давайте не будем.
Милиционер

Давайте не будем.
Крылов

Пой потише, да не спеши.
Видать по всему, ты, браток, непоседа,
А люди песни поют для души,
Для своей души и для души соседа.
Милиционер и Крылов поют. Надя присоединяется к ним.
Занавес

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

КАРТИНА ШЕСТАЯ

Гостиница «Москва». Номер Крылова. Несколько дверей. Секретарша вносит папку с бумагами.
Крылов

Ксения Петровна, что это?
Секретарша

Дела.
Крылов

Ну, привалило сегодня! Богато!
Секретарша

Я только главное отобрала.
Крылов

Ох, тяжела ты, папка депутата!
В делах у нас недостатка нет.
(Отдает секретарше письма.)

Письмишки отправить необходимо.
Это в милицию, это в Совет,
Это тому чудаку из Крыма.
Ну, ладно.
Стук в дверь.

Кто там идет?
Гаранин
(входя)

Гаранин.
Секретарша уходит.
Крылов

А, Гаранин, давно пора!
Кто еще нынче статьей вашей ранен?
Кто пострадал от лихого пера?
Гаранин

Не смейтесь, товарищ Крылов!
Крылов

Отнюдь.
Как отношения с Надей?
Гаранин

Их нету.
Ее равнодушье мне давит грудь,
Мои слова не находят ответа.
Раньше, бывало, ссоры кипели,
Налетала волна за волной.
А теперь она полторы недели
Абсолютно вежлива со мной.
Я не знаю, куда мне деваться!
Холодом я ошарашен таким.
День, когда Надя начнет издеваться,
Будет праздником светлым моим.
Крылов

Ты правильно поступил. Статья...
Любовь тебе высказать не помешала.
Ты правильно поступил. Вот я
Так бы не смог поступить, пожалуй...
Гаранин

А как бы вы поступили?
Крылов

Темно,
Темно это дело, браток, и сложно.
Может, прочел бы статью ей одной...
Гаранин

Но это б было неверно!
Крылов

Возможно.
Ты – критик-друг. Ты – не лютый зверь.
Ты был беспощаден, отзывчив и честен.
Но бывают такие минуты, поверь,
Когда хочется критика выгнать за дверь,
А с другом просто поплакать вместе.
Вот, может, и ей это было нужно –
Немножко самых обычных слез.
Но в твоем боевом расписании дружбы
Этого пункта как раз не нашлось.
Гаранин

Но позвольте...
Крылов

И должен заметить, –
Ты уж прости мне речи мои, –
Что иногда одно междометье
Содержательней целой статьи.
Можно кричать и от крика оглохнуть,
Лить то масло, то сахар, то мед,
А можно за руку взять – и охнуть.
И тот, кому надо понять, поймет!
Прочел я статейку твою о Наде,
Есть в ней и смелость, и пламя, и пыл,
Но мне все хочется крикнуть: «Дядя!
А ты где был?»
Гаранин

Я не хотел ее уничтожить.
Статья – это нервов моих комок.
Я хотел ей помочь.
Крылов

И что же?
Помог?
Гаранин

Нет, кажется, не помог.
Крылов

В Арктике не приходилось бывать?
Гаранин

Нет.
Крылов

Представь себе: мрак, непогодье.
День упустил – надо лед разбивать.
А вчера еще были разводья.
Только вчера – а иная пора!
Вчера нашел бы словечко, фразу.
Ведь с Ковровой все началось не вчера...
Лед-то образовался не сразу.
А тут у вас после меду – снарядом!
А ты где был?
Гаранин

Рядом.
Что же мне делать?
Крылов

Отвечу мигом:
Увы, товарищ, не знаю сам.
А если бы знал, я давно бы книгу
О сердцах человеческих написал.
Человек – это, брат, не шутка.
Различных случаев миллион.
С одним надо вежливо, тонко, чутко,
Другому попросту: «Выйди вон!»
А третьему, если сказать без затей,
Как следует надавать по шее.
А если серьезно, – так сколько людей,
Столько задач и столько решений.
Стук в дверь.
Гаранин
(выглянув за дверь)

Надя?!
Крылов

Ишь ты, как испугался!
Значит, любишь! Вернейшая из примет.
Приободрись! Подтянись! Поправь галстук!
Входит Надя.
Надя
(Крылову)

Здравствуйте!
Крылов

Здравствуйте!
Надя
(Гаранину)

Привет!
Гаранин

Привет!
Крылов

Немного сказали. Ничего не добавим?
Надя

Как живете?
Крылов

Да как всегда.
Занимаюсь лифтом, да квасом, да баней,
Морскими делишками иногда.
Стук в дверь.
Секретарша
(из-за двери)

К вам пришли.
Крылов
(выглядывает за дверь, возвращается)

Вот неожиданный гость!
Боюсь, что каши с таким не сваришь.
Гаранин

Кто э го?
Крылов

Шляпа, перчатки, трость...
Суздальцев – многогранный товарищ.
Что ж будем делать, друзья?
Надя

Я не хочу его видеть.
Гаранин

И я.
Крылов

Ну хоть в чем-нибудь да согласны.
Но ведь я здесь хозяин – вот что ужасно!
И с вами мне побеседовать надо,
И его неловко мне не принять.
Вы посидите в комнате рядом...
Виноват, простите меня!
Забыл: две враждующие державы,
Вместе быть возможности нет.
(Разводит их по комнатам.)

Вы – налево, вы – направо,
Я – посередке – нейтралитет.
(Впускает Суздальцева.)
Суздальцев
(входя)

Займу у вас лишь минуту. Одну,
Не больше. И тут же уеду.
Вы так пришлись мне по нраву...
Крылов

Да ну?
Суздальцев

...Что решил я продолжить нашу беседу.
Но у вас... дела. Телефоны звенят.
Я вижу, письмами стол завален.
Может быть, в некоторых и меня
Словами различными называли.
Ведь это ж так просто – почерком лисьим
Настрочить депутату несколько фраз.
Крылов

Тут действительно много писем,
Но, представьте, ни одного о вас.
Суздальцев

Вопрос о Ковровой – сложный вопрос.
Я им озабочен всерьез.
Крылов

Всерьез?
Суздальцев

Поверьте, что мой приход не напрасен.
Крылов

Мне этот вопрос достаточно ясен.
Суздальцев

Я хочу, чтобы вы представляли вполне,
С кем работать приходится мне.
С горечью думаю снова и снова:
Кто меня окружает? Увы! Здобновы.
Чужое горе для них – торг.
Крылов

Но у вас есть Гаранин.
Суздальцев

Местный парторг?
Отчетливей не найдешь примера,
Эффектная поза, статья, карьера...
По темам работ – с Ковровой соседи.
Он же не сделал пока ничего.
К тому же, по слухам, в интимной беседе
Коврова отвергла чувства его.
Тогда прекратил он нежное пенье,
Сверкнула статейка и грянул гром!
Гаранин, не в силах сдержать возмущения, выглядывает из-за двери. Суздальцев его не видит.
Крылов
(говорит сразу ему и Суздальцеву)

Терпенье, надо иметь терпенье!
Успокойтесь, мы все разберем.
Ну-с, дальше, Коврова?
Суздальцев

Нелегкое дело!
Крылов

Да что вы?
Суздальцев

Слабенький человек!
Я, как могу, тащу ее вверх,
А она, увы, ко всему охладела.
Заносчивость сразу сменилась сомненьем.
Она ото всех отвернулась сама.
Крылов

Так сказать, килограмм самомнения
На грамм таланта и грамм ума?
Суздальцев

Правильно. Женщина! Выглядит мило,
Талантик имеется. Правда, мал...
Сколько друзей приходило, молило,
Чтоб я историю эту смял.
Крылов

Молило?
Суздальцев

Не прямо, а так, деликатно,
Намеком. Мол, жалко, огромный труд!
Теперь Коврова в возмущении рвется в комнату. Суздальцев ее не видит.
Крылов
(говорит ему и Ковровой сразу)

А вы б им сказали: «Ступайте обратно!
Успокойтесь! Вас позовут».
Суздальцев
(недоумевая)

Куда позовут?
Крылов

Это так я, к слову.
Суздальцев

Вы мало знаете Надю Коврову.
Крылов

Возможно. Но вот что, признаюсь, странно.
Вот в чем нам разобраться надо:
Мне кажется, в эту нормальную рану
Кто-то добавил капельку яду.
Суздальцев

Какая-то сила вступила в бой,
Кто-то подбросил в печку поленья,
И простая, хоть и глубокая боль
Сменилась злокачественным воспаленьем.
Крылов

Прошу вас, вы этих слов не забудьте!
В них начинает правда мерцать.
Вы проницательны, ну так будьте
Проницательны до конца.
Суздальцев

Кто-то все-таки нам мешает
И даже вредит нам в конце концов.
Крылов

А по-моему, и без вредительских шаек
У нас есть достаточно подлецов.
Они не сходятся темной ночкой,
Не угрожают огнем иль свинцом,
Но подлец, даже если он одиночка,
Все равно останется подлецом...
Суздальцев

Слова красивые говорят,
Готовы помочь участьем, советом,
А сами гадят.
Крылов

Я очень рад,
Что вы со мною согласны в этом.
Прелестно!
Суздальцев

Вот вам пример один,
Но он, по-моему, очень нагляден.
Есть у нас комендант.
Крылов

Лихой гражданин!
Суздальцев

Так он пытался выселить Надю.
Крылов

Вот тут я хотел побеседовать с вами:
Я с ним обменялся двумя словами...
Суздальцев

И он вам, наверно, сказал, что я
Велел ему досадить Ковровой?
Крылов

А вы догадливы, честное слово!
Суздальцев

Такая уж горькая участь моя!
Вы простите, что я так сетую.
У вас ведь, наверное, мир иной.
Крылов

Бывает... Так вот сидишь, беседуешь
И не знаешь, кто у тебя за спиной.
Суздальцев

Круг мелкой зависти, низкой лести.
Всей душою я возмущен.
Надя и Гаранин входят в комнату.
Крылов

А вы им скажите: «Куда вы лезете?
Подождите минутку еще!»
Суздальцев

Я буду действовать властной рукою,
Я с каждым поговорю по душам.
Крылов

Минутку!
Гаранин

Что же это такое?!
Крылов
(Наде)

Секунду!
Надя

И он меня утешал!
Суздальцев
(увидев их)

Что за пряталки? Что это значит?
Крылов

Теперь пойдет разговор иначе,
Теперь, так сказать, развязаны руки
Суздальцев

Вы задеваете личность мою.
Гаранин

Только подумайте, муж науки!
Крылов

Не всякий муж украшает семью.
Суздальцев

Кто пришел на помощь таланту?
Кто помогал ей? Я или он?
Крылов

А в коридоре велел коменданту
Ее из комнаты выгнать вон.
Суздальцев

Я думал, что мужество к ней возвратится,
Хотел в ней к жизни разжечь аппетит.
Крылов

А мне сказал, что она не птица
И, по всей вероятности, не взлетит.
Суздальцев

Боюсь, что моих вы не поняли чувств:
Я шел к вам за помощью, за советом.
Я больше к вам в двери не постучусь.
Крылов

А я вас не смею просить об этом.
Суздальцев уходит.
Гаранин

Он из-за Нади света не взвидел,
Этакое закрутил колесо!
Надя

Как же он меня ненавидел!
Крылов

Разве это ненависть? Подлость – и все!
Вы что же думаете – этот мужчина,
Надя, всех ваших бедствий причина?
Вот его мы прогнали с глаз,
А причина осталась.
Надя

В чем она?
Крылов

В вас!
Да если б зазнайство вам глаз не затмило,
Ну что бы Суздальцев сделать мог?
Сильнее всей злобы, всей зависти мира
Сердца человеческого комок.
Подумаешь, комендант, нападки!
Все будет в порядке, если сердце в порядке.
Наше дело – убрать помехи,
А победить обязаны – вы!
Вот и досталось вам на орехи,
Надя Коврова дочка Москвы!
(Гаранину.)

А все-таки я люблю ее. Не ревнуй, не бойся!
За то, что плыть далеко кораблю,
За талант, за резкость, за беспокойство,
За то, что всех нас обгонит, – люблю!
Люблю за то, что кипучей осталась,
Что поругалась со мной над рекой,
За то, что проходит моя старость
Рядом с молодостью такой.
Молодость! Ветер, из Арктики дунувший!
Мне кажется, в жизнь я вступил едва.
Я все думал, я – мальчик, ну, юноша,
А мне уж пятьдесят два.
В воскресенье, чудак, в садочке
На детишек глазел дотемна,
Жалел, что нет у меня дочки
Такой же взбалмошной, как она.
Эх, не хотел говорить об этом...
Скоро я буду в далеком краю.
Полярное солнце неверным светом
Озарит стоянку мою.
И вот там, во льдах, так сказать, дома,
Захочется мне телеграммки одной
От этой вот женщины полузнакомой,
От этой вот дочери неродной.
Вырвал бы я ее у радиста,
Читал бы ее за строкой строку,
К обеду слегка бы принарядился,
Заказал бы сто грамм коньяку.
За молодость вашу, старик упрямый,
Я б произвел из ружьишка салют.
Да только боюсь, что такой телеграммы
Они с Гараниным мне не пришлют.
Ну и не надо!
Гаранин дает ему стакан воды.

Что это значит?
Гаранин

Иван Иваныч, ну вот...
Крылов

Что «вот»?
Гаранин

Иван Иваныч, Коврова плачет.
Крылов

Дайте воды!
Гаранин

От меня не возьмет
Крылов

До чего ж вы суровы, право.
Железные люди! Не сердце – медь!
Надя! Враждующая держава
Очень проси г вас не реветь.
Надя встает, быстро уходит.
Занавес

ИНТЕРМЕДИЯ ТРЕТЬЯ

Скамейка. Бульвар. Молодая мать с грудным ребенком на руках. Ребенок плачет. Входит Яша.
Яша

Все скверы я обошел в тоске,
Завтра обход начинаю сначала.
Скажите, сколько скамеек в Москве?
На какой она встречу мне назначала?
(Сел на скамейки.)
Ребенок заплакал. Яша ушел. Вошли три соловья. Услыхали плач ребенка. Пытаются утешить его, как умеют. Ребенок плачет еще громче. Тогда соловьи поют ему колыбельную.
Соловьи

Ах, милый мальчик, ты нам дорог,
Давай с тобой поговорим.
Нам через двадцать будет сорок
И даже с хвостиком большим.

Рукою нежной и суровой,
Ругая, пестуя, любя,
Наш юный друг, знакомец новый,
Твой город вырастит тебя.

И в будущем, вечером летним
Веселой и дружной гурьбой
Пойдем мы, сорокалетние,
За двадцатилетним – тобой!

Пойдем гулять, залиты светом,
Мы по проспектам молодым.
И на Дворец, Дворец Советов,
С волненьем в сердце поглядим.

По юной улице широкой
Мы выйдем к древнему Кремлю
И на Москве-реке глубокой
Кивнем морскому кораблю.

Таким же вот вечером летним
Веселой и дружной гурьбой
Пойдем мы, сорокалетние,
За двадцатилетним – тобой!

Ну, что, малыш, лежать в кровати,
Давай скорее бегать, петь!
Мы ж постараемся, приятель,
Как можно медленней стареть.

И это сбудется, поверьте
Вы в соловьиные слова!
Ведь если есть секрет бессмертья,
Он называется – Москва!

И в будущем, вечером летним
Веселой и дружной гурьбой
Пойдем мы, сорокалетние,
За двадцатилетним – тобой!
Спев песню, соловьи прислушиваются, не плачет ли ребенок. И слышат: ребенок повторяет мелодию припева. Соловьи потрясены. Свет гаснет.

КАРТИНА СЕДЬМАЯ

Обстановка третьей картины. В коридоре. Вторая половина дня. Хорошая погода. Даже в коридоре солнечно. Комендант наводит порядок: устанавливает на те­ле­фон­ном столике два горшочка с цветами, сдувает пыль.
Тетя Маша

Что же, мне так и сидеть без света?
Комендант
(грустно)

Грубы вы, старушка, очень грубы!
Жаждет сердце мое привета, –
Мы тоже люди, а не грибы.
Тетя Маша

А кто Коврову выгнать хотел?
Кто к ней тигром подкрался сзади?
Комендант

Не вспоминайте об этом и тем
Душу больную мою не терзайте.
Рука депутата меня задела,
Я получил хороший урок.
С новой энергией взялся за дело,
Чуток, зорок, бдителен, строг.
Тетя Маша

Ты, ирод, тысячу лет проживешь,
Одним ударом тебя не свалишь!
Так ты ловко сам себя бьешь,
Что вроде, выходит, сам себя хвалишь.
Лампа-то у меня не светит,
Смени. Не сидеть же мне без огня!
(Уходит.)
Комендант
(Один. Он грустен.)

Трудно становится жить на свете,
Трудно ход событий понять.
Маятник мчится от края до края,
Все изменяется. Я постиг...
Сегодня они Коврову ругают,
Завтра Крылов ругает их.
Сегодня я с этими, завтра – с теми,
Я спутался, я обознаться боюсь.
А я всей душой стремлюсь к системе,
К начальству длительному стремлюсь,
Чтобы я о грядущем не думал дне,
Чтоб взгляд на людей я менял нечасто,
Чтоб было точно известно мне,
Где начальство и где не начальство.
В свою комнату проходит Надя. За ней Гаранин. Комендант на ходу вручает ему горшочек с цветами. Гаранин берет его, даже не заметив коменданта. Комендант грустно гасит свет и уходит. В комнате Нади.
Гаранин

У меня ваши волосы на столе,
Помните, две золотые пряди?
Все самое хорошее на земле
Для меня называется словом «Надя».
Цветы – Надя, и дождик – Надежда,
Вечером Надя – огни Москвы.
В легкой, шуршащей весенней одежде,
Как ветер, по улицам бродите вы.
Мне стыдно. Внизу под окном я шагаю,
Пока у себя вы не гасите свет.
Домой возвращаюсь, дверь открываю, –
Может быть, в комнате Надя? Нет!
Хожу за вами, по вашим стопам.
Надя
(равнодушно)

Между прочим, поставьте стакан.
Гаранин

Наденька, Наденька, что ж это делается?
Сильней и сильней любовь моя!
Чем меньше шансов ждать и надеяться,
Тем больше жду и надеюсь я.
Надя
(сдерживая возмущение)

Вот как?
Гаранин

Будьте жестоки, суровы,
А я любить вас буду в ответ.
И если вы даже скажете «нет»,
Я не услышу этого слова.
Надя

Значит, как вы сказали, я дождь и ветер?
Я весна и цветок, я огонь и дым?
Значит, как вы сказали, все вещи на свете
Называете именем вы моим?
Скажите! Сердце его негодует!
Я причина всех ваших бед.
В комнату заглядывает комендант.
Комендант

Извиняюсь, у вас из оконца не дует?
Может, нужен ремонтик?
Надя

Нет.
Комендант скрывается.
Гаранин

Надя, я должен сказать...
Надя

Молчать!
Конечно, вам доступна печаль.
А у других, вы думаете, чувств не бывает?
Другие – чурбаны, куда уж им!
Они всё па свете не называют
Любимым именем своим.
А я вот гражданку одну встречала...
Гаранин

Надя!
Надя

Молчать! Были плохи дела.
Как без друга она скучала,
Как она его в гости звала!
Да только он ничего не слышал,
Сдавал статейки свои в печать.
Гражданка ходила, шептала: «Миша!»
А Миша...
Гаранин

Надя! Надя!
Надя

Молчать!
Хотелось дружеской ей улыбки.
У нее, что скрывать, не хватало сил,
А ей лишь один невидимка Рыбкин
Изредка по телефону звонил.
Нет, видно, старая песенка спета.
Конечно, гражданочка некая эта
Тоже во многом была неправа,
Но у вас лишь теперь отыскались слова,
А раньше у вас директивы были.
Гаранин

Вы меня не любили.
Надя

Нет, вы не любили.
Теперь появилась наклонность к стихам.
Между прочим, прошу вас, поставьте стакан.
Сколько я писем к вам начинала,
Какими их глупостями начиняла!
Потом рвала и бросала вон
И все ждала: а вдруг телефон,
А вдруг это Мишка, а вдруг это он.
Я вас ненавидела и любила.
Гаранин

Надя! Надя!
Надя

Все это было,
А теперь вот сижу я, злая.
Все вспоминаю пору былую.
Говорить с вами совсем не желаю,
Дайте уж лучше я вас поцелую.
(Целует Гаранина.)
Стакан выскользнул.

Ну, что вы стоите как истукан?
Все-таки он уронил стакан.
Гаранин

Надя! Как же теперь мне быть?
В одно мгновенье столько событий!
Что же мне делать теперь?
Надя

Уходить!
Гаранин

Ухожу!
Надя

Попробуйте только – уйдите!
Я сама во всем виновата.
Гаранин

Не надо об этом думать сейчас.
Целуются. Входит комендант.
Комендант

Извиняюсь. В комнатке холодновато,
Печечку я раздобыл для вас.
Гаранин
(вне себя)

Мерси.
Комендант исчезает.
Надя

Ну, Миша, за эту неделю
Я всю свою жизнь передумала вновь.
Я вас любила, но эта любовь
Была какой-то от жизни отдельной.
Она была украшеньем, подспорьем,
Не велика и не очень мала.
И, к стыду моему, только в горе
Всю ее силу я поняла.
Я думала: захочу – забуду,
Сердце мое у меня в руках.
А любовь – она оказалась повсюду:
В траве, в телефонном звонке, в облаках...
Во все она вмешивается, непоседа.
Ударит и крикнет сама же: «Держись!»
Она говорит: «На меня не посетуй.
Я не только приятная, я – как жизнь!»
Целуются. Входит Яша.
Яша
(не замечая их)

Надежда, хватит грустить и советь!
Мишку выбрось из сердца в ящик!
Что такое? Боюсь, мой совет
Может оказаться неподходящим.
Они ли это? Как будто они.
Мир, как в сущности ты переменчив!
Надя

Яша, здравствуй!
Гаранин

Ты нас извини.
Яша

Продолжайте, я не застенчив.
Гляжу хладнокровно на ваше счастье.
Сердце мое ко всему безучастно,
Не стремлюсь ни к добру, ни к мщению.
Время мимо меня летит.
Изо всех человеческих ощущений
Мне доступен только один аппетит.
Стали проволокою мои нервы,
Мир воспринимаю, как мертвый чертеж.
Скажите, чем открывают консервы?
Прекратите целоваться и дайте нож.
(Ест консервы.)
Гаранин

А где незнакомка?
Надя

Исчезли следы?
Яша

Возьмите консервы и дайте воды.
Постиг я, – прочного в мире нет,
Катастрофы присуши природе.
Увидел я снова Катин портрет.
Узнал, на каком она служит заводе .
Душа надеждой была полна,
На завод прилетел, как птица.
Что же там мне сказали? Она,
Катя, с завода ушла... учиться!
И какой-то старик, узнав о моей
Любви, о новом моем пораженье,
Сказал мне: «Ищите ее скорей!
Ведь люди-то нынче у нас в движенье,
Ведь время-то нынче у нас мчится,
Дни за днями у нас бегут.
Пока вы ее ищете, она кончит учиться.
Уедет на периферию, тогда капут!»
Тут я понял – пропала милая.
Душа моя сделалась холодна.
Кстати, узнал я ее фамилию:
Рыбкиной называлась она.
Надя

Рыбкиной? Испорчен наш телефон
И вот уже, кажется, две недели
С каким-то Рыбкиным соединен,
Не можем распутаться...
Яша

В самом деле?
Гаранин

В самом деле. Наденька, позвони!
Яша

Я прошу не шутить со мною.
Надя

А вдруг эти Рыбкины – это они?
Гаранин

Дочь с отцом.
Яша

Или муж с женою.
Звоните! Может быть, я воскрес,
Может быть, на пороге рая.
Надя
(выбегает в коридор, набирает номер)

Это Рыбкин?
Гаранин

Ну, что?
Надя

Гудит АТС,
Телефон исправился.
Яша

Умираю!
Благословляю вас. Счастья и неги!
Пятерых сыновей, семерых дочерей.
Пусть будет радостно в вашем ковчеге,
Заройте меня возле ваших дверей.
На моем лице не заметят улыбки.
Жизнь, хоть минутку, хоть вечность длись!
Заглядывает комендант.
Комендант
(Наде)

К вам пришел гражданин Рыбкин.
Яша
(безнадежно)

Вот и видения начались!
Надя

Рыбкин?
Гаранин

Не понимаю.
Надя

Я тоже.
Входит Рыбкин, аккуратный седенький старичок.
Яша

Странно! У призрака шляпа и трость.
Рыбкин

Мне неловко. Я вас потревожил.
Я – Рыбкин, ваш телефонный гость.
Помните, к нашей общей досаде
С телефонами вышла у нас беда.
Позвонила, простите, некая Надя,
Сказала: «Рыбкин, я счастлива!»
Надя

Да.
Рыбкин

Мною все меры приняты были:
Семь заявлений в папки легли,
Семь бюро телефон чинили
И семь раз починить не могли.
Ваш лишь на стон моего отзывался,
Мой лишь вашего слышал крик.
Сначала я злился, позднее ругался,
Потом смирился и вдруг привык.
И стало слушать весьма интересно, –
Мой возраст, надеюсь, меня извинит, –
Как из жизни, которая мне неизвестна,
Некая Надя ко мне звонит.
Вдруг ваш голосок изменился сразу:
Его затуманила горя тень.
Я взволновался, но по два раза
Звонил в общежитие каждый день.
И вдруг, черт его побери, – простите!
Внезапно исправился мой телефон.
И вот перед вами стоит посетитель,
Узнать, чем все кончилось, хочет он,
Услышать, как голосок звенит.
Надеюсь, что возраст его извинит?
Надя

Спасибо вам.
Яша
(в нетерпении)

И прекрасно! Точка.
Надя, я ставлю на карту все!
Товарищ Рыбкин, есть у вас дочка?
Рыбкин

Есть.
Яша

Как зовут ее?
Рыбкин

Катя.
Яша

Сон!
Рыбкин

Мне волнение ваше неясно,
Яша

Поймите, это кончается ночь!
Скажите, ваша дочка прекрасна?
Рыбкин
(смущен)

Я отец, она моя дочь...
Яша

Ведите сюда ее! Катя моя!
Я буду здесь ее ждать в тревоге,
Я бы навстречу ей вышел, но я –
Обязательно с ней разойдусь по дороге.
Стоит начать мне ее искать,
Молниеносно она пропадает.
Гаранин

Им обыскана вся Москва.
Надя

Очень он любит и очень страдает.
Приведите! И Катенька будет рада.
Гаранин

Помогите! Видите, он в чаду.
Рыбкин

Я изумлен. Я живу рядом.
Вы меня извините, сейчас приведу
Или пришлю.
(Уходит.)
Гаранин

Пять минут пробегут,
И упадет с души твоей камень.
Яша

Это самые страшные из минут.
Надя

Влюбленные их называют веками.
Стук в дверь.
Яша

Она!
Гаранин

Еще рано.
Яша

Не надо слов!
Сейчас нельзя говорить громко!
Войдите!
Входит комендант, стелет ковер возле двери и безмолвно уходит.
Гаранин

Опять его принесло!
Яша

Кого я принял за незнакомку!
Надя

Тише, тише...
Яша
(прислушивается)

Кто-то идет!
Гаранин

Ну, напряженьице! Нервов не хватит.
Слышны шаги.
Яша

Вот прошла она лестницу, вот
Сейчас постучится...
Стук в дверь.
Надя

Войдите!
Яша

Катя!
Входит огромная дама средних лет, молодящаяся, кокетливая.
Дама

Извините, меня просили зайти.
Яша

Рассыпься! Исчезни!
Дама

Что значит исчезни?
Мне сказали – от двух до шести.
Яша

Все нарочно, все бесполезно!
Дама

Мне сказали – дом двадцать четыре,
Там продажная мебель есть.
Яша

Я постиг: все непрочно в мире.
Гаранин

Двадцать четыре? А здесь двадцать шесть.
Ошибка.
Дама

Простите. С каждым бывает.
Но так нельзя обращаться со мной.
А этот тип сразу мне заявляет:
«Рассыпься!»
Гаранин

Простите его – больной!
Дама уходит негодуя. Яша отвернулся от двери, на все махнул рукой.

Сложны любовные ваши дела.
Яша

Я ничего не жду. Все пропало!
Тихо и незаметно входит Катя.
Гаранин

Яша!
Надя

Взгляни!
Катя

Яша, я пришла!
Очень давно я вас не видала,
Яша
(не верит и не поворачивается)

Сердца прошу не терзать моего.
Гаранин

Не встречай словами ее такими!
Яша
(обернулся, остолбенел)

Коли вы не призрак, то прежде всего
Напишите мне адрес, отчество, имя.
(Только теперь поверил.)

Катя! Живая! Скажите пожалуйста!
Я снова счастлив и снова здоров.
(Вынимает из кармана веревку, связывает свою и Катину руку.)
Все смеются. Врывается комендант.
Комендант

Сюда направляется, сюда приближается,
Сюда надвигается депутат Крылов.
Вид у него невозможно строгий,
Через мгновение будет тут!
Входит Крылов. В руках у него бутылка шампанского.
Крылов

Заехал проститься, друзья, по дороге.
Надя

Это чудесно!
Крылов

На пять минут.
Древний обычай – прощальный привет.
Настало время на Север мчаться.
Для длинных тостов времени нет,
Ограничимся кратким – за счастье!
Надя

Вам спасибо за все!
Крылов

А вам за песню,
За молодость. Выпьем до дна?
Катя

До дна.
Крылов

А эта гражданочка мне неизвестна.
Это кто ж? Незнакомка?
Яша
(в упоении)

Она.
Надя

Я хочу сказать о весенней воде,
О песнях, сложенных соловьями,
И о городе, который незнакомых людей
Так незаметно сделал друзьями.
О том, как по-новому мир открылся...
В общем, простите, оратор сбился.
Крылов

Ну, до свиданья! Под северной тучей
Буду я вспоминать в ледяной синеве
Этот вполне незаметный случай...
Мост над рекой – и весну в Москве.
(Поет.)

Если ты хоть день в Москве пробудешь
И потом уедешь на года,
Никогда Москву ты не забудешь,
Разлюбить не сможешь никогда!
Все подпевают ему. Он уходит. Все бегут к окну, смотрят ему вслед. В оркестре звучит песня. Закрывается занавес. Вместе с занавесом идут три соловья и поют.

День пройдет, и вспыхнут, загорятся
Над рекой огни на берегу.
Я никак, друзья, налюбоваться
На Москву сегодня не могу!
Занавес
1940