|
Ветер рвется на сгибах своих и по шву, он изношен, задышан монетою древней. Ему лучше, когда воет ночь на луну, когда место находится в бедной деревне. Когда действие топчется, мнется, дрожит за себя и за воздух, когда не желает разглашать свою тайну в краю Гесперид, где нет выхода вздоху, а страх узнаваем. Мне давно уже нечем дышать, мне давно кислород выдается в аптечной резине. Лишь такою ценой добывают руно золотых облаков из эмалевой сини. ?
|