Отец один слыхал,
Что за́ море детей учиться посылают,
И что того, кто за́ морем бывал,
От не бывалого и с вида отличают.
Так чтоб от прочих не отстать,
Отец немедленно решился
Детину за́ море послать,
Чтоб доброму он там понаучился.
Но сын глупее воротился:
Попался на руки он школьным тем вралям,
Которые о ума не раз людей сводили,
Неистолкуемым давая толк вещам,
И малого не научили,
А на́век дураком пустили.
Бывало, с глупости он попросту болтал,
Теперь все свысока без толку толковал
Бывало, глупые его не понимали,
А ныне разуметь и умные не стали
Дом, город и весь свет враньем его скучал.
В метафизическом беснуясь размышленьи
О заданном одном старинном предложеньи
Сыскать начало всех нача́л,
Когда за облака он думой возносился,
Дорогой шедши, оступился
И в ров попал.
Отец, который с ним случился,
Скорее бросился веревку принести,
Премудрость изо рва на свет произвести.
А думный между тем детина,
В той яме сидя, рассуждал:
«Какая быть могла причина,
Что оступился я и в этот ров попал?
Причина, кажется, тому землетрясенье,
А в яму скорое стремленье –
Центральное влеченье,
Воздушное давленье...»
Отец с веревкой прибежал,
«Вот, – говорит, – тебе веревка, ухватися.
Я потащу тебя, держися».
«Нет, погоди тащить, скажи мне наперед,–
Понес студент обычный бред –
Веревка вещь какая?»
Отец его был не учен,
Но рассудителен, умен.
Вопрос ученый оставляя,
«Веревка – вещь, – ему ответствовал, – такая,
Чтоб ею вытащить, кто в яму попадёт».
«На это б выдумать орудие другое, –
Ученый всё свое несёт. –
А это что такое!
Веревка! – вервие простое!»
«Да время надобно, – отец ему на то. –
А это хоть не ново,
Да, благо, уж готово».
«Да время что?..»
«А время вещь такая,
Которую с глупцом не стану я терять,
Сиди, – сказал отец, – пока приду опять».
Что́, если бы вралей и остальных собрать
И в яму к этому в товарищи послать?
Да яма надобна большая!
1779
|